Неточные совпадения
Когда половой все еще разбирал по складам записку, сам Павел Иванович Чичиков отправился посмотреть город, которым был, как казалось, удовлетворен, ибо нашел,
что город никак не уступал другим губернским городам: сильно
била в глаза желтая краска
на каменных домах и скромно темнела серая
на деревянных.
Слова хозяйки были прерваны странным шипением, так
что гость было испугался; шум походил
на то, как бы вся комната наполнилась змеями; но, взглянувши вверх, он успокоился, ибо смекнул,
что стенным часам пришла охота
бить. За шипеньем тотчас же последовало хрипенье, и, наконец, понатужась всеми силами, они пробили два часа таким звуком, как бы кто колотил палкой по разбитому горшку, после
чего маятник пошел опять покойно щелкать направо и налево.
Дамы наперерыв принялись сообщать ему все события, рассказали о покупке мертвых душ, о намерении увезти губернаторскую дочку и сбили его совершенно с толку, так
что сколько ни продолжал он стоять
на одном и том же месте, хлопать левым глазом и
бить себя платком по бороде, сметая оттуда табак, но ничего решительно не мог понять.
Бьет себя по лбу недогадливый проситель и бранит
на чем свет стоит новый порядок вещей, преследование взяток и вежливые, облагороженные обращения чиновников.
Неточные совпадения
Она бросалась к детям, кричала
на них, уговаривала, учила их тут же при народе, как плясать и
что петь, начинала им растолковывать, для
чего это нужно, приходила в отчаяние от их непонятливости,
била их…
Но теперь, странное дело, в большую такую телегу впряжена была маленькая, тощая саврасая крестьянская клячонка, одна из тех, которые — он часто это видел — надрываются иной раз с высоким каким-нибудь возом дров или сена, особенно коли воз застрянет в грязи или в колее, и при этом их так больно, так больно
бьют всегда мужики кнутами, иной раз даже по самой морде и по глазам, а ему так жалко, так жалко
на это смотреть,
что он чуть не плачет, а мамаша всегда, бывало, отводит его от окошка.
Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал,
что в нем в одном и заключается истина, и мучился, глядя
на других,
бил себя в грудь, плакал, ломал себе руки.
Она выла, визжала и причитала, спеша, торопясь, выпуская слова, так
что и разобрать нельзя было, о чем-то умоляя, — конечно, о том, чтоб ее перестали
бить, потому
что ее беспощадно
били на лестнице.
Несмотря
на все это, то есть
что Захар любил выпить, посплетничать, брал у Обломова пятаки и гривны, ломал и
бил разные вещи и ленился, все-таки выходило,
что он был глубоко преданный своему барину слуга.