— Да куды ж мне, сами посудите! Мне нельзя начинать с канцелярского писца. Вы позабыли, что у меня семейство. Мне сорок, у меня уж и поясница болит, я обленился; а должности мне поважнее не дадут; я ведь не на хорошем счету. Я признаюсь вам: я бы и сам не взял наживной должности. Я человек хоть и дрянной, и картежник, и все что хотите, но взятков брать я не стану. Мне не ужиться с Красноносовым да Самосвистовым.
Не говоря о гигантах поэзии, мы имеем даже у себя произведения, удовлетворяющие этим скромным требованиям: мы знаем, например, как Чичиков и Плюшкин дошли до своего настоящего характера, даже знаем отчасти, как обленился Илья Ильич Обломов…
Там их и оставил Александр после кончины Павла; он не счел нужным вызывать из деревень маститых государственных людей, благо они засели, обленились и задремали, учреждая в своих поместьях небольшие дворики, вроде екатерининских. Александр окружил себя новым поколением.
И часто весь день, не убираясь, стоял холодный самовар и грязные чашки: обленилась горничная, увлеченная жизнью большой и людной улицы со многими лавками, только потому и оставалась, что служит у генеральши.
В последнее время американцы, вконец обленившись, перестали нас бомбить, но рытьё окопов и траншей каким-то непостижимым образом умиротворяло, давало ощущение безопасности.
Римляне же настолько обленились, что не желают даже служить в армии, защищать свою родину!..
И в конце концов люди обленились настолько, что создали инфор, заменивший им мозги.
В последнее время американцы, вконец обленившись, перестали нас бомбить, но рытьё окопов и траншей каким-то непостижимым образом умиротворяло, давало ощущение безопасности.