Петрушка пустил Григорию пыль в глаза тем, что он бывал в Костроме, Ярославле, Нижнем и даже в Москве; Григорий же осадил его сразу Петербургом, в котором Петрушка не был.
Последний хотел было подняться и выехать на дальности расстояний тех мест, в которых он бывал; но Григорий назвал ему такое место, какого ни на какой карте нельзя было отыскать, и насчитал тридцать тысяч с лишком верст, так что Петрушка осовел, разинул рот и был поднят на смех тут же всею дворней.
Но постепенно она склонялась к мысли, что не всё так страшно, тем более это не мешало их семейной жизни, Григорий начал работать удалённо, дом почти закончили, отношения хуже не стали.
Когда отец вернулся в спорт, Григорий ушёл за ним и даже готовил ему скакунов для соревнований, хотя спортсмены обычно объезжают лошадей под себя сами.
Но постепенно она склонялась к мысли, что не всё так страшно, тем более это не мешало их семейной жизни, Григорий начал работать удалённо, дом почти закончили, отношения хуже не стали.
Когда отец вернулся в спорт, Григорий ушёл за ним и даже готовил ему скакунов для соревнований, хотя спортсмены обычно объезжают лошадей под себя сами.
Готово, – Григорий кивнул мне, схватил за ворот и потащил по снегу в вежу.