Неточные совпадения
«Проклятые грабли! — закричал школьник, ухватясь рукою за лоб и подскочивши на аршин, — как же
они,
черт бы спихнул
с мосту отца
их, больно бьются!» Так вот как!
Из закоптевшей трубы столбом валил дым и, поднявшись высоко, так, что посмотреть — шапка валилась, рассыпался горячими угольями по всей степи, и
черт, — нечего
бы и вспоминать
его, собачьего сына, — так всхлипывал жалобно в своей конуре, что испуганные гайвороны [Гайвороны — грачи.] стаями подымались из ближнего дубового леса и
с диким криком метались по небу.
Между тем
черт крался потихоньку к месяцу и уже протянул было руку схватить
его, но вдруг отдернул ее назад, как
бы обжегшись, пососал пальцы, заболтал ногою и забежал
с другой стороны, и снова отскочил и отдернул руку.
— Ну, Вакула! — пропищал
черт, все так же не слезая
с шеи, как
бы опасаясь, чтобы
он не убежал, — ты знаешь, что без контракта ничего не делают.
— Молчи, баба! —
с сердцем сказал Данило. —
С вами кто свяжется, сам станет бабой. Хлопец, дай мне огня в люльку! — Тут оборотился
он к одному из гребцов, который, выколотивши из своей люльки горячую золу, стал перекладывать ее в люльку своего пана. — Пугает меня колдуном! — продолжал пан Данило. — Козак, слава богу, ни
чертей, ни ксендзов не боится. Много было
бы проку, если
бы мы стали слушаться жен. Не так ли, хлопцы? наша жена — люлька да острая сабля!
Неточные совпадения
На это Плюшкин что-то пробормотал сквозь губы, ибо зубов не было, что именно, неизвестно, но, вероятно, смысл был таков: «А побрал
бы тебя
черт с твоим почтением!» Но так как гостеприимство у нас в таком ходу, что и скряга не в силах преступить
его законов, то
он прибавил тут же несколько внятнее: «Прошу покорнейше садиться!»
Откуда возьмется и надутость и чопорность, станет ворочаться по вытверженным наставлениям, станет ломать голову и придумывать,
с кем и как, и сколько нужно говорить, как на кого смотреть, всякую минуту будет бояться, чтобы не сказать больше, чем нужно, запутается наконец сама, и кончится тем, что станет наконец врать всю жизнь, и выдет просто
черт знает что!» Здесь
он несколько времени помолчал и потом прибавил: «А любопытно
бы знать, чьих она? что, как ее отец? богатый ли помещик почтенного нрава или просто благомыслящий человек
с капиталом, приобретенным на службе?
Перед
ним стояла не одна губернаторша: она держала под руку молоденькую шестнадцатилетнюю девушку, свеженькую блондинку
с тоненькими и стройными
чертами лица,
с остреньким подбородком,
с очаровательно круглившимся овалом лица, какое художник взял
бы в образец для Мадонны и какое только редким случаем попадается на Руси, где любит все оказаться в широком размере, всё что ни есть: и горы и леса и степи, и лица и губы и ноги; ту самую блондинку, которую
он встретил на дороге, ехавши от Ноздрева, когда, по глупости кучеров или лошадей,
их экипажи так странно столкнулись, перепутавшись упряжью, и дядя Митяй
с дядею Миняем взялись распутывать дело.
— Ба! да и ты…
с намерениями! — пробормотал
он, посмотрев на нее чуть не
с ненавистью и насмешливо улыбнувшись. — Я
бы должен был это сообразить… Что ж, и похвально; тебе же лучше… и дойдешь до такой
черты, что не перешагнешь ее — несчастна будешь, а перешагнешь, — может, еще несчастнее будешь… А впрочем, все это вздор! — прибавил
он раздражительно, досадуя на свое невольное увлечение. — Я хотел только сказать, что у вас, маменька, я прощения прошу, — заключил
он резко и отрывисто.
Он был еще очень молод, одет как простолюдин, роста среднего, худощавый,
с волосами, обстриженными в кружок,
с тонкими, как
бы сухими
чертами лица. Неожиданно оттолкнутый
им человек первый бросился было за
ним в комнату и успел схватить
его за плечо: это был конвойный; но Николай дернул руку и вырвался от
него еще раз.