Неточные совпадения
— Не пугайся, Катерина! Гляди: ничего нет! — говорил он, указывая по сторонам. — Это колдун хочет устрашить людей, чтобы никто не добрался до нечистого гнезда его. Баб только одних он напугает этим! Дай сюда на руки мне
сына! — При сем слове
поднял пан Данило своего
сына вверх и поднес к губам. — Что, Иван, ты не боишься колдунов? «Нет, говори, тятя, я козак». Полно же, перестань плакать! домой приедем! Приедем домой — мать накормит кашей, положит тебя спать в люльку, запоет...
— Пусть попробует он, окаянный антихрист, прийти сюда; отведает, бывает ли сила в руках старого козака. Бог видит, — говорил он,
подымая кверху прозорливые очи, — не летел ли я подать руку брату Данилу? Его святая воля! застал уже на холодной постеле, на которой много, много улеглось козацкого народа. Зато разве не пышна была тризна по нем? выпустили ли хоть одного ляха живого? Успокойся же, мое дитя! никто не посмеет тебя обидеть, разве ни меня не будет, ни моего
сына.
Стал он карабкаться, с
сыном за плечами, вверх; немного уже не добрался,
поднял глаза и увидел, что Петро наставил пику, чтобы столкнуть его назад.
— А ну-ткась, бурмистр, — сказал отец,
подымая сына на руки, — хошь ли быть троскинским управляющим?
Неточные совпадения
— Вот, если б Обломова
сын пропал, — сказал он на предложение жены поехать поискать Андрея, — так я бы
поднял на ноги всю деревню и земскую полицию, а Андрей придет. О, добрый бурш!
Анна, покрасневшая в ту минуту, как вошел
сын, заметив, что Сереже неловко, быстро вскочила,
подняла с плеча
сына руку Алексея Александровича и, поцеловав
сына, повела его на террасу и тотчас же вернулась.
Она услыхала голос возвращавшегося
сына и, окинув быстрым взглядом террасу, порывисто встала. Взгляд ее зажегся знакомым ему огнем, она быстрым движением
подняла свои красивые, покрытые кольцами руки, взяла его за голову, посмотрела на него долгим взглядом и, приблизив свое лицо с открытыми, улыбающимися губами, быстро поцеловала его рот и оба глаза и оттолкнула. Она хотела итти, но он удержал ее.
Вронский вошел в вагон. Мать его, сухая старушка с черными глазами и букольками, щурилась, вглядываясь в
сына, и слегка улыбалась тонкими губами. Поднявшись с диванчика и передав горничной мешочек, она подала маленькую сухую руку
сыну и,
подняв его голову от руки, поцеловала его в лицо.
— Не могу сказать, чтоб я был вполне доволен им, —
поднимая брови и открывая глаза, сказал Алексей Александрович. — И Ситников не доволен им. (Ситников был педагог, которому было поручено светское воспитание Сережи.) Как я говорил вам, есть в нем какая-то холодность к тем самым главным вопросам, которые должны трогать душу всякого человека и всякого ребенка, — начал излагать свои мысли Алексей Александрович, по единственному, кроме службы, интересовавшему его вопросу — воспитанию
сына.