Неточные совпадения
Как томительно жарки те часы, когда полдень блещет в тишине и зное и голубой неизмеримый океан, сладострастным куполом нагнувшийся над землею, кажется, заснул, весь потонувши в неге, обнимая и сжимая прекрасную в
воздушных объятиях своих!
Все как будто умерло; вверху только, в небесной глубине, дрожит жаворонок, и серебряные песни летят по
воздушным ступеням на влюбленную землю, да изредка крик чайки или звонкий голос перепела отдается в степи.
— Давайте в во́рона, давайте играть в ворона! — зашумели все, будто приречный тростник, тронутый в тихий час сумерек
воздушными устами ветра.
— Разве я тебя просил говорить про это? — И
воздушная красавица задрожала. — Где теперь пани твоя?
Воздушная Катерина задрожала. Но уже пан Данило был давно на земле и пробирался с своим верным Стецьком в свои горы. «Страшно, страшно!» — говорил он про себя, почувствовав какую-то робость в козацком сердце, и скоро прошел двор свой, на котором так же крепко спали козаки, кроме одного, сидевшего на сторо́же и курившего люльку. Небо все было засеяно звездами.
Неточные совпадения
У ночи много звезд прелестных, // Красавиц много на Москве. // Но ярче всех подруг небесных // Луна в
воздушной синеве. // Но та, которую не смею // Тревожить лирою моею, // Как величавая луна, // Средь жен и дев блестит одна. // С какою гордостью небесной // Земли касается она! // Как негой грудь ее полна! // Как томен взор ее чудесный!.. // Но полно, полно; перестань: // Ты заплатил безумству дань.
Бьет перепел, дергает в траве дергун, урчат и чиликают перелетающие коноплянки, по невидимой
воздушной лестнице сыплются трели жаворонков, и турлыканье журавлей, несущихся в стороне вереницею, — точный звон серебряных труб, — слышится в пустоте звонко сотрясающейся пустыни
воздушной.
Зажмуря глаза и приподняв голову кверху, к пространствам небесным, предоставлял он обонянью впивать запах полей, а слуху — поражаться голосами
воздушного певучего населенья, когда оно отовсюду, от небес и от земли, соединяется в один звукосогласный хор, не переча друг другу.
Все это облечено было в тишину невозмущаемую, которую не пробуждали даже чуть долетавшие до слуха отголоски
воздушных певцов, наполнявших воздух.
Она была миловидней, чем красавица; лучше, чем умна; стройней,
воздушней классической женщины.