Неточные совпадения
— Куда-нибудь
на похороны или
на свадьбу везут, — пояснил мой возница и добавил: — Сейчас
на Лубянке лошадку попоим. Давай копейку: пойло за
счет седока.
Хлебосольный Шиловский
на последние рубли в своей небольшой, прекрасно обставленной квартире угощал своих гостей ужинами с винами — художники стали стесняться бывать и ужинать
на чужой
счет, да еще в непривычной барской обстановке.
«Среды» Шмаровина были демократичны. Каждый художник, состоявший членом «среды», чувствовал себя здесь как дома, равно как и гости. Они пили и ели
на свой
счет, а хозяин дома, «дядя Володя», был, так сказать, только организатором и директором-распорядителем.
И ходили солдаты полураздетые, в протухлых, плешивых полушубках, в то время как интендантские «вась-сияси» «
на шепоте дутом» с крашеными дульцинеями по «Ярам» ездили… За
счет полушубков ротонды собольи покупали им и котиковые манто.
Он как-то прятал деньги в рукава, засовывал их в диван, куда садился знакомый подрядчик, который брал и уносил эти деньги, вел им
счет и после,
на дому, рассчитывался с Петром Кирилычем.
Когда в трактирах ввели расчет
на «марки», Петр Кирилыч бросил работу и уехал
на покой в свой богато обстроенный дом
на Волге, где-то за Угличем. И сказывали земляки, что, когда он являлся за покупками в свой Углич и купцы по привычке приписывали в
счетах, он сердился и говорил...
Во-первых, он при заказе никогда не посылал завали арестантам, а всегда свежие калачи и сайки; во-вторых, у него велся особый
счет, по которому видно было, сколько барыша давали эти заказы
на подаяние, и этот барыш он целиком отвозил сам в тюрьму и жертвовал
на улучшение пищи больным арестантам. И делал все это он «очень просто», не ради выгод или медальных и мундирных отличий благотворительных учреждений.
Прошли тысячелетия со времени исчезновения олимпийских богов, но поклонники Бахуса не переводились, и
на их
счет воздвигали храмы жрецы его.
— И все-то я у вас
на уме, все я. Это
на пользу. Небось по
счетам когда платите, сейчас обо мне вспоминаете, глянь, и наживете. И сами, когда
счета покупателю пишете, тоже меня не забудете.
На чаек бы с вашей милости!
Поест — это
на хозяйский
счет, — а потом чайку спросит за наличные...
Так проводили жизнь два обитателя мирного уголка, которые нежданно, как из окошка, выглянули в конце нашей поэмы, выглянули для того, чтобы отвечать скромно на обвиненье со стороны некоторых горячих патриотов, до времени покойно занимающихся какой-нибудь философией или приращениями
на счет сумм нежно любимого ими отечества, думающих не о том, чтобы не делать дурного, а о том, чтобы только не говорили, что они делают дурное.
А между тем велел прилежней примечать, // Нельзя ль где счастья им отведать, // Хоть, захватя греха, //
На счёт бы пастуха // Позавтракать иль пообедать!
Неточные совпадения
Но мы, ребята без печали, // Среди заботливых купцов, // Мы только устриц ожидали // От цареградских берегов. // Что устрицы? пришли! О радость! // Летит обжорливая младость // Глотать из раковин морских // Затворниц жирных и живых, // Слегка обрызнутых лимоном. // Шум, споры — легкое вино // Из погребов принесено //
На стол услужливым Отоном; // Часы летят, а грозный
счет // Меж тем невидимо растет.
Во все время пребывания в училище был он
на отличном
счету и при выпуске получил полное удостоение во всех науках, аттестат и книгу с золотыми буквами за примерное прилежание и благонадежное поведение.
Чичиков между тем так помышлял: «Право, было <бы> хорошо! Можно даже и так, что все издержки будут
на его
счет. Можно даже сделать и так, чтобы отправиться
на его лошадях, а мои покормятся у него в деревне. Для сбереженья можно и коляску оставить у него в деревне, а в дорогу взять его коляску».
— Да если вам свободно, так поедем со мной, — сказал Чичиков и подумал про себя, глядя
на Платонова: «А это было бы хорошо: тогда бы можно издержки пополам, а подчинку коляски отнести вовсе
на его
счет».
— Да куды ж мне, сами посудите! Мне нельзя начинать с канцелярского писца. Вы позабыли, что у меня семейство. Мне сорок, у меня уж и поясница болит, я обленился; а должности мне поважнее не дадут; я ведь не
на хорошем
счету. Я признаюсь вам: я бы и сам не взял наживной должности. Я человек хоть и дрянной, и картежник, и все что хотите, но взятков брать я не стану. Мне не ужиться с Красноносовым да Самосвистовым.