Неточные совпадения
— Соборным певчим
был, семинарист. А вот до чего дошел! Тише вы, дьяволы! — крикнул Рудников, и мы начали подниматься по узкой деревянной лестнице
на чердак. Внизу гудело «многая лета».
Мы быстро пересекли площадь. Подколокольный переулок, единственный, где не
было полиции, вывел нас
на Яузский бульвар. А железо
на крышах домов уже гремело. Это «серьезные элементы» выбирались через
чердаки на крышу и пластами укладывались около труб, зная, что сюда полиция не полезет…
В одной из этих каморок четверо грабителей во время дележа крупной добычи задушили своего товарища, чтобы завладеть его долей… Здесь же,
на чердаке,
были найдены трубочистом две отрубленные ноги в сапогах.
При М. М. Хераскове
была только одна часть, средняя, дворца, где колонны и боковые крылья, а может
быть, фронтон с колоннами и ворота со львами
были сооружены после 1812 года Разумовским, которому Херасковы продали имение после смерти поэта в 1807 году. Во время пожара 1812 года он уцелел, вероятно, только благодаря густому парку. Если сейчас войти
на чердак пристроек, то
на стенах главного корпуса видны уцелевшие лепные украшения бывших наружных боковых стен.
На углу Остоженки и 1-го Зачатьевского переулка в первой половине прошлого века
был большой одноэтажный дом, занятый весь трактиром Шустрова, который сам с семьей жил в мезонине, а огромный
чердак да еще пристройки
на крыше
были заняты голубятней, самой большой во всей Москве.
Неточные совпадения
На чердаке, в старинном окованном железом сундуке, он открыл множество интересных, хотя и поломанных вещей: рамки для портретов, фарфоровые фигурки, флейту, огромную книгу
на французском языке с картинами, изображающими китайцев, толстый альбом с портретами смешно и плохо причесанных людей, лицо одного из них
было сплошь зачерчено синим карандашом.
— Крыса. Может
быть — хорек, — сказал Безбедов, направляясь
на чердак.
Полиция усердно высылала неблагонадежных, осматривала
чердаки домов
на тех улицах, по которым должен
был проехать царь.
Он отказался от этих прогулок и потому, что обыватели с каким-то особенным усердием подметали улицу, скребли железными лопатами панели.
Было ясно, что и Варвару терзает тоска. Варвара целые дни возилась в чуланах, в сарае, топала
на чердаке, а за обедом, за чаем говорила, сквозь зубы, жалобно:
— Другой — кого ты разумеешь —
есть голь окаянная, грубый, необразованный человек, живет грязно, бедно,
на чердаке; он и выспится себе
на войлоке где-нибудь
на дворе. Что этакому сделается? Ничего. Трескает-то он картофель да селедку. Нужда мечет его из угла в угол, он и бегает день-деньской. Он, пожалуй, и переедет
на новую квартиру. Вон, Лягаев, возьмет линейку под мышку да две рубашки в носовой платок и идет… «Куда, мол, ты?» — «Переезжаю», — говорит. Вот это так «другой»! А я, по-твоему, «другой» — а?