В памяти мелькают картины прошлого. Здесь мы едем тихо — улица полна грузовиками, которые перебираются между идущими один за другим трамваями слева и жмущимися к тротуару извозчиками. Приходится выжидать и ловить момент, чтобы перегнать.
Взвился смотритель. Пока солдат по ночным палатам в тайности корешком дымил, отрядил он помощника своего на интендантском грузовике в Остров. Версты кланяются, встречные кобылки на дыбки встают. Спешно, секретно, в собственные руки… Ночь знает, никому не скажет.
Ей было девятнадцать лет, и она уже имела жениха, когда отец и мать погибли в море, во время прогулки на увеселительной яхте, разбитой и потопленной пьяным штурманом американского грузовика; она тоже должна была ехать на эту прогулку, но у нее неожиданно заболели зубы.
В черной толпе вооруженных людей его повели через темный сад, среди благоухания белых акаций. Загромыхал по шоссе грузовик. Меж винтовок и солдатских фуражек затряслась на звездном небе широкополая шляпа Ивана Ильича. Анна Ивановна неподвижно стояла у раскрытой калитки и смотрела вслед.
Только вот за этот час я прибрал в хранилище всё топливо в бочках, даже те что в кузове грузовика стояли, они не пустые, с этого склада топлива и начал сбор трофеев.
Только вот за этот час я прибрал в хранилище всё топливо в бочках, даже те что в кузове грузовика стояли, они не пустые, с этого склада топлива и начал сбор трофеев.
– Помню, как-то раз нам с товарищем полковником на склад два грузовика сапог привезли.
Он даже не смог её с ребёнком посадить в кабину грузовика, увозившего последние военкоматские документы.