Неточные совпадения
Через день особой повесткой меня вызывают
в сыскную полицию.
В кабинете сидят помощник начальника капитан Николас и Кейзер. Набросились на меня, пугают судом, арестом, высылкой, допытываются, — а я смеюсь...
Как-то,
в четвертом часу утра, заезжаю
в редакцию, вхожу
в кабинет к Ф.К. Иванову и вижу: он
сидит один
в кабинете и хохочет, как сумасшедший.
— Это дом Герцена. (Позднее я выяснил, что
В.
В. Назаревский ошибся: дом А.И. Герцена был не здесь, а
в Старо-Конюшенном переулке.) Этот сад, который виден из окон, — его сад, и мы
сидим в том самом
кабинете, где он писал свои статьи.
Сидели мы как-то
в кабинете Ф.И. Благова, компанией, и весело разговаривали. Неожиданно входит
В.М. Дорошевич — «горд и ясен», во фраке. Только что он раскрыл рот, чтобы сделать какое-то распоряжение, как я его перебил...
Через минуту Самгин имел основание думать, что должно повториться уже испытанное им: он
сидел в кабинете у стола, лицом к свету, против него, за столом, помещался офицер, только обстановка кабинета была не такой домашней, как у полковника Попова, а — серьезнее, казенней.
Неточные совпадения
В комнате, которая отделялась только небольшим коридором от
кабинета Ильи Ильича, послышалось сначала точно ворчанье цепной собаки, потом стук спрыгнувших откуда-то ног. Это Захар спрыгнул с лежанки, на которой обыкновенно проводил время,
сидя погруженный
в дремоту.
К утру опять началось волнение, живость, быстрота мысли и речи, и опять кончилось беспамятством. На третий день было то же, и доктора сказали, что есть надежда.
В этот день Алексей Александрович вышел
в кабинет, где
сидел Вронский, и, заперев дверь, сел против него.
Она,
в том темно-лиловом платье, которое она носила первые дни замужества и нынче опять надела и которое было особенно памятно и дорого ему,
сидела на диване, на том самом кожаном старинном диване, который стоял всегда
в кабинете у деда и отца Левина, и шила broderie anglaise. [английскую вышивку.]
Она прошлась по зале и с решимостью направилась к нему. Когда она вошла
в его
кабинет, он
в вице-мундире, очевидно готовый к отъезду,
сидел у маленького стола, на который облокотил руки, и уныло смотрел пред собой. Она увидала его прежде, чем он ее, и она поняла, что он думал о ней.
Алексей Александрович прошел
в ее
кабинет. У ее стола боком к спинке на низком стуле
сидел Вронский и, закрыв лицо руками, плакал. Он вскочил на голос доктора, отнял руки от лица и увидал Алексея Александровича. Увидав мужа, он так смутился, что опять сел, втягивая голову
в плечи, как бы желая исчезнуть куда-нибудь; но он сделал усилие над собой, поднялся и сказал: