Неточные совпадения
Таковы же были и два московских толстых журнала — «
Русский вестник», издававшийся редактором «Московских ведомостей» М.Н. Катковым, и «
Русская мысль» В.М. Лаврова, близкая к «
Русским ведомостям». А потом
ряд второстепенных изданий.
На его красивом, с колоннами доме у Москворецкого моста,
рядом с огромной вывеской, украшенной гербом и десятком медалей с разных выставок, появилась другая вывеска: «
Русский курьер» — ежедневная газета».
А через три дня, в четверг, в «Развлечении» появились во весь лист карикатуры: лопнувший колокол, а
рядом два близнеца с лицом Н.П. Ланина, редактора «
Русского курьера», а далее сам Н.П. Ланин сидит в ванне с надписью «ланинское шампанское» и из ванны вылетает стая уток, и тут же издатель «Новостей дня» А.Я. Липскеров ловит этих уток.
В.А. Гольцев, руководивший политикой, писал еженедельные фельетоны «Литературное обозрение», П.С. Коган вел иностранный отдел, В.М. Фриче ведал западной литературой и в
ряде ярких фельетонов во все время издания газеты основательно знакомил читателя со всеми новинками Запада, не переведенными еще на
русский язык.
Редакция поместилась в бывшем магазине Лукутина, где продавались его знаменитые изделия из папье-маше. Одновременно И.Д. Сытин выстроил в приобретенном у Н.А. Лукутина владении четырехэтажный корпус на дворе, где разместилась редакция и типография и где стало печататься «
Русское слово» на новых ротационных машинах.
Рядом И.Д. Сытин выстроил другой корпус, для редакции, с подъемными машинами для своих изданий.
Вся семья отставного капитана Петровича, отца Милицы, сражавшегося когда-то против турок в
рядах русского войска и раненого турецкой гранатой, оторвавшей ему обе ноги по колено, жила на скромную пенсию главы семейства. Великодушный русский государь повелел всех детей капитана Петровича воспитывать на казенный счет в средних и высших учебных заведениях нашей столицы.
Шкот, встретив владельца, вывел пред лицо его пахарей и поставил
рядом русскую соху-«ковырялку», тяжелый малороссийский плуг, запряженный в «пять супругов волов», и легкий, «способный» смайлевский плуг на паре обыкновенных крестьянских лошадок. Стали немедленно делать пробу пашни.
Даже в черной душе подлого руководителя, пожалуй, более несчастной, нежели испорченной девушки, проснулось то чувство, которое таится в душе каждого русского, от негодяя до подвижника, чувство любви к отечеству — он снова вступил в
ряды русской армии и уехал из Петербурга, не забыв, впрочем, дать своей ученице и сообщнице надлежащие наставления и создав план дальнейших действий.
Неточные совпадения
Был ясный морозный день. У подъезда
рядами стояли кареты, сани, ваньки, жандармы. Чистый народ, блестя на ярком солнце шляпами, кишел у входа и по расчищенным дорожкам, между
русскими домиками с резными князьками; старые кудрявые березы сада, обвисшие всеми ветвями от снега, казалось, были разубраны в новые торжественные ризы.
Когда Самгин вошел и сел в шестой
ряд стульев, доцент Пыльников говорил, что «пошловато-зеленые сборники “Знания” отжили свой краткий век, успев, однако, посеять все эстетически и философски малограмотное, политически вредное, что они могли посеять, засорив, на время, мудрые, незабвенные произведения гениев
русской литературы, бессмертных сердцеведов, в совершенстве обладавших чарующей магией слова».
Рядом с этим хламом — библиотека
русских и европейских классиков, книги Ле-Бона по эволюции материи, силы.
«
Русский. Я его где-то видел», — отметил Самгин и стал наклонять голову каждый раз, когда этот человек оглядывался. Но в антракте человек встал
рядом с ним и заговорил глухим, сиповатым голосом:
Тонкая, смуглолицая Лидия, в сером костюме, в шапке черных, курчавых волос,
рядом с Мариной казалась не
русской больше, чем всегда. В парке щебетали птицы, ворковал витютень, звучал вдали чей-то мягкий басок, а Лидия говорила жестяные слова: