Неточные совпадения
Каково же было удивление, когда на другой день утром жена, вынимая газеты из ящика у двери, нашла в нем часы с
цепочкой, завернутые в бумагу! При часах грамотно написанная записка: «Стырено
по ошибке, не знали, что ваши, получите с извинением». А сверху написано: «В.А. Гиляровскому». Тем и кончилось. Может быть, я и встречался где-нибудь с автором этого дела и письма, но никто не намекнул о происшедшем.
Старик вынул из бумажника фотографию. В кресле сидит мужчина средних лет, гладко причесанный, елейного вида, с правильными чертами лица, окаймленного расчесанной волосок к волоску не широкой и не узкой бородой. Левая рука его покоится на двух книгах, на маленьком столике, правая держится за шейную часовую
цепочку, сбегающую
по бархатному жилету под черным сюртуком.
Неточные совпадения
Он был причесан и одет безукоризненно, ослеплял свежестью лица, белья, перчаток и фрака.
По жилету лежала изящная
цепочка, с множеством мельчайших брелоков. Он вынул тончайший батистовый платок, вдохнул ароматы Востока, потом небрежно провел им
по лицу,
по глянцевитой шляпе и обмахнул лакированные сапоги.
Одевшись, Степан Аркадьич прыснул на себя духами, выправил рукава рубашки, привычным движением рассовал
по карманам папиросы, бумажник, спички, часы с двойной
цепочкой и брелоками и, встряхнув платок, чувствуя себя чистым, душистым, здоровым и физически веселым, несмотря на свое несчастье, вышел, слегка подрагивая на каждой ноге, в столовую, где уже ждал его кофе и, рядом с кофеем, письма и бумаги из присутствия.
— Расчет дайте мне, Клим Иваныч, — разбудил его знакомо почтительный голос дворника; он стоял у двери прямо, как солдат, на нем был праздничный пиджак,
по жилету извивалась двойная серебряная
цепочка часов, волосы аккуратно расчесаны и блестели, так же как и ярко начищенные сапоги.
После обеда адмирал подал Кавадзи золотые часы; «к
цепочке, которую вам сейчас подарили», — добавил он. Кавадзи был в восторге: он еще и в заседаниях как будто напрашивался на такой подарок и все показывал свои толстые, неуклюжие серебряные часы, каких у нас не найдешь теперь даже у деревенского дьячка. Тсутсую подарили часы поменьше, тоже золотые, и два куска шелковой материи. Прочим двум
по куску материи.
Мы ходили из лавки в лавку, купили несколько пачек сигар — оказались дрянные. Спрашивали,
по поручению одного из товарищей, оставшихся на фрегате, нюхательного табаку — нам сказали, что во всей Маниле нельзя найти ни одного фунта. Нас все потчевали европейскими изделиями: сукнами, шелковыми и другими материями, часами,
цепочками; особенно француз в мебельном магазине так приставал, чтоб купили у него
цепочку, как будто от этого зависело все его благополучие.