A.П. Лукин встретил меня, и мы прошли в кабинет к фактическому владельцу газеты В.М. Соболевскому, сидевшему за огромным письменным столом с массой газет и рукописей. Перед столом — такой же портрет Н.С. Скворцова. Кожаная
дорогая мебель, тяжелые шторы, на столе подсвечник с шестью свечами под зеленым абажуром. В.М. Соболевский любил работать при свечах. В других комнатах стояли керосиновые лампы с зелеными абажурами.
Были выписаны мастера-специалисты из Петербурга и Варшавы; оттуда же партиями получалась
дорогая мебель, обои, драпировки, ковры, бронза, экипажи и тысячи других предметов, необходимых в обиходе богатого барского дома.
Что было в тех домах картин, мраморных статуй,
дорогих мебелей, какие теплицы были при них, какие цветы редкостные, плоды, деревья…
Он был небольшой, но очень уютный, вся меблировка, состоявшая из
дорогой мебели, зеркал, бронзы, содержалась в образцовой чистоте.
Везде мягкие ковры, бронза, мягкая
дорогая мебель, шредеровский рояль в зале, горка с минералогической коллекцией, горка с серебром, горка с фарфором, несколько порядочных картин масляными красками и т. д.
Неточные совпадения
Здесь загородили ему
дорогу отставные солдаты-носильщики, выносившие из одной квартиры
мебель.
Любитель комфорта, может быть, пожал бы плечами, взглянув на всю наружную разнорядицу
мебели, ветхих картин, статуй с отломанными руками и ногами, иногда плохих, но
дорогих по воспоминанию гравюр, мелочей. Разве глаза знатока загорелись бы не раз огнем жадности при взгляде на ту или другую картину, на какую-нибудь пожелтевшую от времени книгу, на старый фарфор или камни и монеты.
— Весьма опасаюсь распущенного ума! — продолжал он, глядя в окно, хотя какую-то частицу его взгляда Клим щекотно почувствовал на своем лице. — Очень верно сказано: «Уме недозрелый, плод недолгой науки». Ведь умишко наш — неблаговоспитанный кутенок, ему — извините! — все равно, где гадить — на кресле, на
дорогом ковре и на престоле царском, в алтарь пустите — он и там напачкает. Он, играючи,
мебель грызет, сапог, брюки рвет, в цветочных клумбах ямки роет, губитель красоты по силе глупости своей.
Но убранство комнат также не отличалось особым комфортом:
мебель была кожаная, красного дерева, старой моды двадцатых годов; даже полы были некрашеные; зато все блистало чистотой, на окнах было много
дорогих цветов; но главную роскошь в эту минуту, естественно, составлял роскошно сервированный стол, хотя, впрочем, и тут говоря относительно: скатерть была чистая, посуда блестящая; превосходно выпеченный хлеб трех сортов, две бутылки вина, две бутылки великолепного монастырского меду и большой стеклянный кувшин с монастырским квасом, славившимся в околотке.
Квартира у нее — храм, но походящий на выставку
мебели,
дорогих безделиц. Вкус в убранстве принадлежит не хозяйке, а мебельщику и обойщику.