Через день особой повесткой меня вызывают в сыскную полицию. В кабинете сидят помощник начальника капитан Николас и Кейзер. Набросились на меня, пугают судом, арестом, высылкой, допытываются, — а я смеюсь...
Я ушел домой, а через два дня мне сообщили, что сыщик Федот Рудников, ездивший в Гуслицы, привез шкаф, и последний находится взломанный в сыскном отделении.
И только после того, как становилось ясным, что же произошло такого, что заставило человека позвонить в частное сыскное агентство, намечался план расследования.
Точно я могу забыть о тех двадцати агентах сыскной полиций, которые провожали меня и пешком, и в карете, и на велосипедах?
При этом нельзя было также поступить на должность чиновника, заведующего регистрацией преступников в сыскных отделениях.
И только после того, как становилось ясным, что же произошло такого, что заставило человека позвонить в частное сыскное агентство, намечался план расследования.