На берегу Цны, как раз против омута, в старинном барском саду, тогда уже перешедшем к одному из купцов-миллионеров, находился наш летний театр. Около театра, между фруктовыми деревьями, стоял обширный двухэтажный дом, окруженный террасами, куда выходили комнаты, отведенные труппе. Женатые имели
отдельные комнаты на верхнем этаже, холостые помещались по двое и по трое. Там же, рядом с квартирой семьи Григорьева, была и большая столовая, но обедали мы больше на широкой террасе, примыкавшей к столовой.
Устав стоять, он обернулся, — в комнате было темно; в углу у дивана горела маленькая лампа-ночник, постель на одном диване была пуста, а на белой подушке другой постели торчала черная борода Захария. Самгин почувствовал себя обиженным, — неужели для него не нашлось
отдельной комнаты? Схватив ручку шпингалета, он шумно открыл дверь на террасу, — там, в темноте, кто-то пошевелился, крякнув.
«Кусочники» жили семьями при банях, имели
отдельные комнаты и платили разную аренду, смотря по баням, от двадцати до ста рублей в месяц.
Неточные совпадения
― Что ж, батюшка, слышали?. Подал
отдельное мнение, ― сказал Катавасов, в другой
комнате надевавший фрак.
На маленьком рояле — разбросаны ноты, лежала шляпа Дуняши, рассыпаны стеариновые свечи; на кушетке — смятый плед, корки апельсина; вся мебель сдвинута со своих мест, и
комната напоминала
отдельный кабинет гостиницы после кутежа вдвоем.
В другой же
комнате сидели по стенам и
отдельными группами или парочками человек двадцать мужчин и женщин и негромко разговаривали.
— Вижу-с. Вот потому-то я хотел, чтобы вы ко мне в
комнату зашли. Там
отдельный выход. Приятели собрались… В картишки поиграть. Ведь я здесь не живу…