После уж от Васи я узнал все. «Адамовой головой» кто-то со злости назвал Анну Николаевну, о чем до этого случая никто не знал. Действительно, бледная, с большими темными, очень глубоко сидящими
добрыми глазами и с совершенно вдавленным носом, она была похожа издали на череп. Судя по лицу, можно было думать, что это результат известной болезни, но ее прекрасный голос сразу опровергал это подозрение.
Неточные совпадения
И когда вслед за Васей показалась могучая фигура Григорьева в бухарском халате нараспашку, когда я взглянул на его полное бритое лицо — сын на него как две капли воды был похож, те же
добрые карие
глаза и ласковая улыбка, — я сразу ожил.
С каким восторгом рассказывал мне все подробности Мещерский, очевидец первого триумфа Ермоловой. На его
добрых серых
глазах посверкивали слезы, когда он говорил об этом дебюте.
Через темную комнату, дверь с теплой гардиной, а за ней уютная комната Марии Николаевны. Она поднимается с кресла и тихо идет навстречу. Сильно постаревшая, осунувшаяся, какой я себе ее даже и представить не мог. Идет с трудом, на лице радость и вместе с тем ее вечная грустная улыбка.
Глаза усталые и
добрые,
добрые. Я поцеловал ее горячую, сухую руку, она мне положила левую руку на шею, поцеловала в голову.
Старичок-священник, с редкою полуседою бородой, с усталыми,
добрыми глазами, стоял у аналоя и перелистывал требник.
Это был худощавый сутулый человек, с белым лицом в черной раздвоенной бородке, с
добрыми глазами, в очках. Был он молчалив, незаметен и, когда его приглашали обедать, чай пить, неизменно отвечал:
Неточные совпадения
Русский возница имеет
доброе чутье вместо
глаз; от этого случается, что он, зажмуря
глаза, качает иногда во весь дух и всегда куда-нибудь да приезжает.
— Мое
добро! — кричит Миколка, с ломом в руках и с налитыми кровью
глазами. Он стоит, будто жалея, что уж некого больше бить.
Волосы у нее были темно-русые, немного светлей, чем у брата;
глаза почти черные, сверкающие, гордые и в то же время иногда, минутами, необыкновенно
добрые.
Ее даже нельзя было назвать и хорошенькою, но зато голубые
глаза ее были такие ясные, и когда оживлялись они, выражение лица ее становилось такое
доброе и простодушное, что невольно привлекало к ней.
— Умер, — отвечал Раскольников. — Был доктор, был священник, все в порядке. Не беспокойте очень бедную женщину, она и без того в чахотке. Ободрите ее, если чем можете… Ведь вы
добрый человек, я знаю… — прибавил он с усмешкой, смотря ему прямо в
глаза.