— Охранка что-нибудь пронюхала, может, встречали вас
в компании поднадзорных, может, за то, что на нелегальных студенческих вечеринках читаете неподобное… Черт их знает, за что, а вышлют. Перед высылкой, может быть, обыск будет. Уезжайте, никому ничего не говорите, когда и куда едете.
Как-то одного из них Лентовский увидал
в компании своих знакомых, ужинавших в саду, среди публики. Сверкнул глазами, прошел мимо. В театре присутствовал «всесильный» генерал-губернатор князь Долгоруков. Лентовский торопился его встретить. Возвратившись обратно, он ищет глазами ростовщика, но стол уже опустел, а ростовщик разгуливает по берегу пруда с сигарой в зубах.
А. А. Блока до этого я видел только раз в «Славянском базаре»,
в компании с молодыми людьми. Они проходили мимо нас к выходу, и среди них я невольно залюбовался Блоком. Сюртук ловко сидел на его фигуре, и его свежее лицо показалось мне знакомым: где это я его видел? Лицо, глаза и рамка курчавых волос, будто с портрета Байрона, пластические движения стройного тела — все вместе напоминало мне кого-то близкого.
Неточные совпадения
Вечера с Васей мы проводили за бильярдом, а весь день с утра читали, не выходя из библиотеки. До григорьевской библиотеки, со времени гимназии, я ни одной книги
в руки не брал и теперь читал без передышки. Пьяная
компания перевелась. Евстигнеев опять поступил на телеграф, Дорошка Рыбаков женился на актрисе Орловой и с ней вошел
в состав нашей летней труппы. Оба крошечного роста, невзрачные и удивительно скромные и благовоспитанные. Рассказывали, что, когда их венчали, священник сказал им вместо поучения...
Да ведь это было. Было. Николай Хрисанфович
в семидесятых годах
в «Щербаках»
в дружеской
компании рассказывал этот анекдот.
Мы пили чай, второй раз разговелись, чтобы поддержать
компанию старику, изображавшему хозяина дома. На другой день я принес свой чемодан из соседних номеров Голяшкина, излюбленных актерами. Федор вынул черную пару и белую полотняную и повесил
в гардероб.
Здесь Вася читал стихотворения Огарева и Рылеева. Бурлак смешил
компанию рассказами о своей знаменитой губе, о которой поэт Минаев напечатал
в левой газете тех дней, «Московском телеграфе», такой экспромт...
В.
В. Шведевенгер во время ареста ухитрился бежать
в Казань, встретился с Писаревым, а потом поступил на сцену вместе с ним, да так и остался выходным актером и вместе ярым пропагандистом. Он был связующим звеном между революционерами, ютившимися тогда
в Петровском-Разумовском, и избранной
компанией А. А. Бренко, которая щедро давала средства на помощь политическим заключенным и ссыльным.
Он перечислял имена, рассказывал, что
в середине семидесятых годов, перед турецкой войной,
в Московском университете кончила юридический факультет
компания франтов, записалась
в помощники к известным адвокатам и сразу засверкала ярким либерализмом, выступая на суде.
Я видал его
в их
компании в Кружке неизменно, когда они бывали там.
Сейчас,
в нашей скромной
компании, можно продолжить стихотворение со строки «Вы откуда собралися», и каждый из вас скажет: да, я оттуда…
В Воронеже она такой не была. Всегда веселая и разговорчивая,
в своей маленькой
компании она любила слушать и говорить о театре, о литературе, о Москве и меньше всего — о себе. Только раз, когда
В.П. Далматов припомнил, что он познакомился с Шекспиром с десяти лет, она улыбнулась...
В Москве завернулся я
в компанию молодых господчиков и предложил им мой труд, дабы благосклонностию их возвратить хотя истраченную бумагу и чернилы; но вместо благоприятства попал в посмеяние и, с горя оставив столичный сей град, вдался пути до Питера, где, известно, гораздо больше просвещения.
Снова вспомнилось, каким индюком держался Тагильский
в компании Прейса. Вероятно, и тогда уже он наметил себе путь в сенат. Грубоватый Поярков сказал ему: «Считать — нужно, однако, не забывая, что посредством бухгалтерии революцию не сделаешь». Затем он говорил, что особенное пристрастие к цифрам обнаруживают вульгаризаторы Маркса и что Маркс не просто экономист, а основоположник научно обоснованной философии экономики.
Взял он эту вторую супругу свою, тоже очень молоденькую особу, Софью Ивановну, из другой губернии, в которую заехал по одному мелкоподрядному делу, с каким-то жидком
в компании.
Неточные совпадения
Сначала мулла прочитает им что-то из Корана; потом дарят молодых и всех их родственников, едят, пьют бузу; потом начинается джигитовка, и всегда один какой-нибудь оборвыш, засаленный, на скверной хромой лошаденке, ломается, паясничает, смешит честную
компанию; потом, когда смеркнется,
в кунацкой начинается, по-нашему сказать, бал.
Там, слышно, бывший студент на большой дороге почту разбил; там передовые, по общественному своему положению, люди фальшивые бумажки делают; там,
в Москве, ловят целую
компанию подделывателей билетов последнего займа с лотереей, — и
в главных участниках один лектор всемирной истории; там убивают нашего секретаря за границей, по причине денежной и загадочной…
Затем, немедленно и чуть не вслух, прошепталаРаскольникову, что действительно странно было бы уважаемому и солидному человеку, как Петр Петрович, попасть
в такую «необыкновенную
компанию», несмотря даже на всю его преданность ее семейству и на старую дружбу его с ее папенькой.
Оттого-то
в пьющей
компании они и стараются всегда как будто выхлопотать себе оправдание, а если можно, то даже и уважение.
Кроме того, что этот «деловой и серьезный» человек слишком уж резко не гармонировал со всею
компанией, кроме того, видно было, что он за чем-то важным пришел, что, вероятно, какая-нибудь необыкновенная причина могла привлечь его
в такую
компанию и что, стало быть, сейчас что-то случится, что-то будет.