Выходит огромная афиша о бенефисе артиста Тамары: «Гамлет принц Датский. Трагедия Шекспира. В заглавной роли — бенефициант. При участии знаменитой артистки Цецилии Арнольдовны Райчевой, которая исполнит „Письмо Периколы“…
Офелия в цветах, в причудливом уборе Из майских роз и влажных нимф речных На золотых кудрях, с безумием во взоре, Внимала звукам темных дум своих. Ее дыханьем насмерть пораженный, Припал к устам, как раненый олень, Прекрасный принц Гамлет, любовью опьяненный, Когда пред ним отца явилась тень… Он вскрикнул и воскрес…
Земли русийской Царевну ты, высочество, посватал, Не дочь слуги, злодейством на престол Взошедшего. Когда законный царь Иль тот, кого земля таким признала, С него венец срывает — обещаньем Не связан ты. От брака отказаться Ты должен, принц!
Того гляди, какой-нибудь принц — искатель приключений, вроде инфанта Португальского, принца де Конти, принцев Гессен-Гомбургских или, наконец, графа Маврикия Саксонского, приглянется императрице и, чего доброго, наденет «и венец, и бармы Мономаха».
После книги о рыцаре и драконе явился «Гуак, или непреоборимая верность», «История о храбром принце Францыле Венециане и прекрасной королевне Ренцивене».
Надо сказать, что среди многочисленных зрителей находился тогда наследный принц Великобритании, в будущем король Эдуард VII, король между джентльменами и джентльмен между королями.
Наполеон перед отъездом обласкал принцев, королей и императора, которые того заслуживали, побранил королей и принцев, которыми он был недоволен, одарил своими собственными, т. е. взятыми у других королей жемчугами и бриллиантами императрицу Австрийскую и, нежно обняв императрицу Марию-Луизу, как говорит его историк, оставил ее огорченною разлукой, которую она — эта Мария-Луиза, считавшаяся его супругой, несмотря на то, что в Париже оставалась другая супруга — казалось не в силах была перенести.
ПРИНЦ, -а, м. Титул члена царствующего дома или владетельного князя в Западной Европе, а также лицо, носящее этот титул. (Малый академический словарь, МАС)