Мысль, что она потеряет ребенка, почти беспрестанно вплеталась в мечты ее; она часто с отчаянием смотрела на
спящего младенца и, когда он был очень покоен, робко подносила трепещущую руку к устам его.
На дворе рассветало; она спала, лицо ее было покойно; лицо
спящего имеет иногда особенную трогательную прелесть, — таково, действительно, в эту минуту было лицо Любови Александровны, и вдруг улыбка показалась на устах.