Неточные совпадения
Надобно заметить, что эти вдовы еще незамужними,
лет сорок, пятьдесят тому назад, были прибежны к дому княгини и княжны Мещерской и
с тех пор знали моего отца; что в этот промежуток между
молодым шатаньем и старым кочевьем они
лет двадцать бранились
с мужьями, удерживали их от пьянства, ходили за ними в параличе и снесли их на кладбище.
После нашей истории, шедшей вслед за сунгуровской, и до истории Петрашевского прошло спокойно пятнадцать
лет, именно те пятнадцать, от которых едва начинает оправляться Россия и от которых сломились два поколения: старое, потерявшееся в буйстве, и
молодое, отравленное
с детства, которого квёлых представителей мы теперь видим.
Офицер,
молодой человек
лет двадцати, вышел сам
с ним на дорогу.
Во Франции некогда была блестящая аристократическая юность, потом революционная. Все эти
С.-Жюсты и Гоши, Марсо и Демулены, героические дети, выращенные на мрачной поэзии Жан-Жака, были настоящие юноши. Революция была сделана
молодыми людьми; ни Дантон, ни Робеспьер, ни сам Людовик XVI не пережили своих тридцати пяти
лет.
С Наполеоном из юношей делаются ординарцы;
с реставрацией, «
с воскресением старости» — юность вовсе не совместна, — все становится совершеннолетним, деловым, то есть мещанским.
Лет тринадцати
молодой Тюфяев пристал к ватаге бродящих комедиантов, которые слоняются
с ярмарки на ярмарку, пляшут на канате, кувыркаются колесом и проч.
Близ Москвы, между Можайском и Калужской дорогой, небольшая возвышенность царит над всем городом. Это те Воробьевы горы, о которых я упоминал в первых воспоминаниях юности. Весь город стелется у их подошвы,
с их высот один из самых изящных видов на Москву. Здесь стоял плачущий Иоанн Грозный, тогда еще
молодой развратник, и смотрел, как горела его столица; здесь явился перед ним иерей Сильвестр и строгим словом пересоздал на двадцать
лет гениального изверга.
Молодой человек
лет двадцати, в светло-зеленом шитом кафтане,
с пудреной головой, вежливо улыбавшийся
с холста, — это был мой отец.
Чтоб утешить новобрачную, аптекарь пригласил ехать
с ними в Вятку
молодую девушку
лет семнадцати, дальнюю родственницу его жены; она, еще более очертя голову и уже совсем не зная, что такое «Вьатка», согласилась.
Офицер ожидал меня во всей форме,
с белыми отворотами,
с кивером без чехла,
с лядункой через плечо, со всякими шнурками. Он сообщил мне, что архиерей разрешил священнику венчать, но велел предварительно показать метрическое свидетельство. Я отдал офицеру свидетельство, а сам отправился к другому
молодому человеку, тоже из Московского университета. Он служил свои два губернских
года, по новому положению, в канцелярии губернатора и пропадал от скуки.
Года три тому назад я встретился
с одной красивой и
молодой девушкой.
Так оканчивалась эта глава в 1854
году;
с тех пор многое переменилось. Я стал гораздо ближе к тому времени, ближе увеличивающейся далью от здешних людей, приездом Огарева и двумя книгами: анненковской биографией Станкевича и первыми частями сочинений Белинского. Из вдруг раскрывшегося окна в больничной палате дунуло свежим воздухом полей,
молодым воздухом весны…
Развитие Грановского не было похоже на наше; воспитанный в Орле, он попал в Петербургский университет. Получая мало денег от отца, он
с весьма
молодых лет должен был писать «по подряду» журнальные статьи. Он и друг его Е. Корш,
с которым он встретился тогда и остался
с тех пор и до кончины в самых близких отношениях, работали на Сенковского, которому были нужны свежие силы и неопытные юноши для того, чтобы претворять добросовестный труд их в шипучее цимлянское «Библиотеки для чтения».
Глядя на какой-нибудь невзрачный, старинной архитектуры дом в узком, темном переулке, трудно представить себе, сколько в продолжение ста
лет сошло по стоптанным каменным ступенькам его лестницы
молодых парней
с котомкой за плечами,
с всевозможными сувенирами из волос и сорванных цветов в котомке, благословляемых на путь слезами матери и сестер… и пошли в мир, оставленные на одни свои силы, и сделались известными мужами науки, знаменитыми докторами, натуралистами, литераторами.
— Заметьте, — добавил я, — что в Стансфильде тори и их сообщники преследуют не только революцию, которую они смешивают
с Маццини, не только министерство Палмерстона, но, сверх того, человека, своим личным достоинством, своим трудом, умом достигнувшего в довольно
молодых летах места лорда в адмиралтействе, человека без рода и связей в аристократии.
Неточные совпадения
И долго, будто сквозь тумана, // Она глядела им вослед… // И вот одна, одна Татьяна! // Увы! подруга стольких
лет, // Ее голубка
молодая, // Ее наперсница родная, // Судьбою вдаль занесена, //
С ней навсегда разлучена. // Как тень она без цели бродит, // То смотрит в опустелый сад… // Нигде, ни в чем ей нет отрад, // И облегченья не находит // Она подавленным слезам, // И сердце рвется пополам.
«И полно, Таня! В эти
лета // Мы не слыхали про любовь; // А то бы согнала со света // Меня покойница свекровь». — // «Да как же ты венчалась, няня?» — // «Так, видно, Бог велел. Мой Ваня //
Моложе был меня, мой свет, // А было мне тринадцать
лет. // Недели две ходила сваха // К моей родне, и наконец // Благословил меня отец. // Я горько плакала со страха, // Мне
с плачем косу расплели // Да
с пеньем в церковь повели.
Раз, осенью, пришел транспорт
с провиантом; в транспорте был офицер,
молодой человек
лет двадцати пяти.
Это был очень
молодой человек,
лет двадцати двух,
с смуглою и подвижною физиономией, казавшеюся старее своих
лет, одетый по моде и фатом,
с пробором на затылке, расчесанный и распомаженный, со множеством перстней и колец на белых, отчищенных щетками пальцах и золотыми цепями на жилете.
Несмотря на то, что Пульхерии Александровне было уже сорок три
года, лицо ее все еще сохраняло в себе остатки прежней красоты, и к тому же она казалась гораздо
моложе своих
лет, что бывает почти всегда
с женщинами, сохранившими ясность духа, свежесть впечатлений и честный, чистый жар сердца до старости.