Неточные совпадения
Прежде нежели я вполне понял наше отношение и, может, именно оттого, что
не понимал
его вполне, меня ожидал иной искус, который мне
не прошел такой светлой полоской, как встреча с Гаетаной, искус, смиривший меня и стоивший мне много
печали и внутренней тревоги.
Мы были свои — но
он с
печалью видел, что и мы ни одной капли горечи
не убавили в чаше, которую судьба поднесла
ему.
Она грустно расставалась с своим иконостасом, в котором стояло так много заветных святынь, облитых слезами
печали и радости; она покидала
их,
не краснея, как краснеют большие девочки своей вчерашней куклы.
Положение
его в Москве было тяжелое. Совершенной близости, сочувствия у
него не было ни с
его друзьями, ни с нами. Между
им и нами была церковная стена. Поклонник свободы и великого времени Французской революции,
он не мог разделять пренебрежения ко всему европейскому новых старообрядцев.
Он однажды с глубокой
печалью сказал Грановскому...
Неточные совпадения
Он весел был. Чрез две недели // Назначен был счастливый срок. // И тайна брачныя постели // И сладостной любви венок //
Его восторгов ожидали. // Гимена хлопоты,
печали, // Зевоты хладная чреда //
Ему не снились никогда. // Меж тем как мы, враги Гимена, // В домашней жизни зрим один // Ряд утомительных картин, // Роман во вкусе Лафонтена… // Мой бедный Ленский, сердцем
он // Для оной жизни был рожден.
И что ж? Глаза
его читали, // Но мысли были далеко; // Мечты, желания,
печали // Теснились в душу глубоко. //
Он меж печатными строками // Читал духовными глазами // Другие строки. В них-то
он // Был совершенно углублен. // То были тайные преданья // Сердечной, темной старины, // Ни с чем
не связанные сны, // Угрозы, толки, предсказанья, // Иль длинной сказки вздор живой, // Иль письма девы молодой.
Мой бедный Ленский! изнывая, //
Не долго плакала она. // Увы! невеста молодая // Своей
печали неверна. // Другой увлек ее вниманье, // Другой успел ее страданье // Любовной лестью усыпить, // Улан умел ее пленить, // Улан любим ее душою… // И вот уж с
ним пред алтарем // Она стыдливо под венцом // Стоит с поникшей головою, // С огнем в потупленных очах, // С улыбкой легкой на устах.
Зато и пламенная младость //
Не может ничего скрывать. // Вражду, любовь,
печаль и радость // Она готова разболтать. // В любви считаясь инвалидом, // Онегин слушал с важным видом, // Как, сердца исповедь любя, // Поэт высказывал себя; // Свою доверчивую совесть //
Он простодушно обнажал. // Евгений без труда узнал //
Его любви младую повесть, // Обильный чувствами рассказ, // Давно
не новыми для нас.
Ах,
он любил, как в наши лета // Уже
не любят; как одна // Безумная душа поэта // Еще любить осуждена: // Всегда, везде одно мечтанье, // Одно привычное желанье, // Одна привычная
печаль. // Ни охлаждающая даль, // Ни долгие лета разлуки, // Ни музам данные часы, // Ни чужеземные красы, // Ни шум веселий, ни науки // Души
не изменили в
нем, // Согретой девственным огнем.