Неточные совпадения
Когда я писал эту часть «
Былого и дум», у меня не
было нашей прежней
переписки. Я ее получил
в 1856 году. Мне пришлось, перечитывая ее, поправить два-три места — не больше. Память тут мне не изменила. Хотелось бы мне приложить несколько писем NataLie — и с тем вместе какой-то страх останавливает меня, и я не решил вопрос, следует ли еще дальше разоблачать жизнь, и не встретят ли строки, дорогие мне, холодную улыбку?
Между нерешенными делами моего отделения
была сложная и длившаяся несколько лет
переписка о буйстве и всяких злодействах
в своем именье отставного морского офицера Струговщикова.
Роясь
в делах, я нашел
переписку псковского губернского правления о какой-то помещице Ярыжкиной. Она засекла двух горничных до смерти, попалась под суд за третью и
была почти совсем оправдана уголовной палатой, основавшей, между прочим, свое решение на том, что третья горничная не умерла. Женщина эта выдумывала удивительнейшие наказания — била утюгом, сучковатыми палками, вальком.
За это время она ни разу не вспоминала о нем. Он
был в переписке с Михаилом Дмитриевичем, и письма его дышали то мрачным разочарованием, то, видимо, насильственным увлечением, деланною веселостью.
Пишущие столы меня нисколько не интересуют, потому что с чертом никогда не
был в переписке, да и не намерен ее начинать. Признаюсь, ровно тут ничего не понимаю. Пусть забавляются этим те, которых занимает такая забава. Не знаю, что бы сказал, если б увидел это на самом деле, а покамест и не думаю об столе с карандашом. Как угадать все модные прихоти человечества?…
Неточные совпадения
Когда Левин вошел наверх, жена его сидела у нового серебряного самовара за новым чайным прибором и, посадив у маленького столика старую Агафью Михайловну с налитою ей чашкой чая, читала письмо Долли, с которою они
были в постоянной и частой
переписке.
В жену мою до того въелись все привычки старой девицы — Бетховен, ночные прогулки, резеда,
переписка с друзьями, альбомы и прочее, — что ко всякому другому образу жизни, особенно к жизни хозяйки дома, она никак привыкнуть не могла; а между тем смешно же замужней женщине томиться безыменной тоской и
петь по вечерам «Не буди ты ее на заре».
Дело
в том, что Алексей, несмотря на роковое кольцо, на таинственную
переписку и на мрачную разочарованность,
был добрый и пылкий малый и имел сердце чистое, способное чувствовать наслаждения невинности.
Наступила зима и прекратила их свидания; но
переписка сделалась тем живее. Владимир Николаевич
в каждом письме умолял ее предаться ему, венчаться тайно, скрываться несколько времени, броситься потом к ногам родителей, которые, конечно,
будут тронуты, наконец, героическим постоянством и несчастием любовников и скажут им непременно: «Дети! придите
в наши объятия».
Прошла неделя, и между ими завелась
переписка. Почтовая контора учреждена
была в дупле старого дуба. Настя втайне исправляла должность почтальона. Туда приносил Алексей крупным почерком написанные письма и там же находил на синей простой бумаге каракульки своей любезной. Акулина, видимо, привыкала к лучшему складу речей, и ум ее приметно развивался и образовывался.