Вероятно, он хотел сказать, что этими криками у него истерзано сердце, но, по-видимому, это-то именно обстоятельство и способно было несколько развлечь досужего и скучающего обывателя. И бедный «профессор» торопливо удалялся, еще ниже опустив голову, точно опасаясь удара; а за ним гремели раскаты
довольного смеха, и в воздухе, точно удары кнута, хлестали все те же крики:
— Ничего не значит… Прознал он вексель-то у него какой, может его за тысчонку, а то и меньше учел… Видит, дело дрянь, денежки все рано пропадают, дай, думает, потешу дурака… Тебе и отдал… А ты меня хотел подвести… но только меня трудновато… Нюх есть… ой, какой нюх… Векселя-то эти на ощупь оцениваю… по запаху цену назначу… Хе, хе, хе… — раскатился старик
довольным смехом.
— Ишь ты! чего только не наговорила, — с
довольным смехом сказал он, когда я кончила. — Ну, внучка! одолжила! Спасибо, матушка!.. Ну, а вы, здесь сидящие и нимало несмыслящие, слыхали? — обратился он к притихшему классу. — Ведь забьет вас, как Бог свят, забьет эта прыткая грузиночка.
Он слышал их веселые голоса,
довольный смех, звон посуды и понимал, что ему, с тяжестью на сердце, не место рядом с ними.
— На счет этого мне удавалось и не раз. Да и что мне это стоит? Ну, брошу тысячу, другую, пожалуй, — и дело сделано. Люди падки на деньги! — с важностью заметил Исаак Соломонович и снова засмеялся
довольным смехом.
Неточные совпадения
Так, однажды, с намерением пошутить, он сказал Петру: «Петр, ты не осетр», и это вызвало общий
смех, и сам он долго смеялся,
довольный, что так удачно сострил.
И все три девушки,
довольные остротой подруги, залились громким, бесцеремонным
смехом.
— Хе-хе-хе! Ах, мошенник! Так ты вот как в городе работаешь: инструмент закладываешь! — прохрипел толстяк, захлебываясь от
смеха, совершенно
довольный и пришедший вдруг в наиприятнейшее расположение духа.
Мастера и брошюранты, засунув руки за пояс блуз, толпились вокруг и,
довольные, покатывались со
смеху; девочки-подростки с жадным любопытством слушали, блестя глазами.
Таким образом кончив все, что от нее требовали, даже сделав больше, чем было нужно, чтоб доставить полное удовольствие бедной девочке, к которой ее посылали, она побежала от меня
довольная и веселая, и скоро по всем комнатам снова раздавался ее
смех и крик, до тех пор пока, утомленная, едва переводя дух, бросилась она на диван отдыхать и собираться с свежими силами.