Неточные совпадения
— Как и мне тоже, — с горечью
заметила Марья Петровна, — я изнемогаю под
тяжестью отцовского проклятия. Но я не жалуюсь, я не хочу жаловаться. Как бы печально все это ни кончилось для меня, я передала свою судьбу всецело в руки Божьи… Смерть, которая была бы моим избавлением от всех страданий, меня страшит и пугает не потому, что мне плохо жить, а потому, что я не одна, потому что я должна жить… для него!
Неточные совпадения
Вы, князья Мстислав и буй Роман! // Мчит ваш ум на подвиг мысль живая. // И несетесь вы на вражий стан, // Соколом ширяясь сквозь туман, // Птицу в буйстве одолеть желая. // Вся в железе княжеская грудь, // Золотом шелом латинский блещет, // И повсюду, где лежит ваш путь, // Вся земля от
тяжести трепещет. // Хинову вы били и литву; // Деремела, половцы, ятвяги, // Бросив копья, пали на траву // И склонили буйную главу // Под
мечи булатные и стяги.
Но прочь романтизм, и лес тоже!
Замечу только на случай, если вы поедете по этой дороге, что лес этот находится между Крестовской и Поледуевской станциями. Но через лес не настоящая дорога: по ней ездят, когда нет дороги по Лене, то есть когда выпадают глубокие снега, аршина на полтора, и когда проступает снизу, от
тяжести снега, вода из-под льда, которую здесь называют черной водой.
— Вы замечательно
смело рассуждаете… — задумчиво проговорил Привалов. — И знаете, я тысячу раз думал то же, только относительно своего наследства… Вас мучит одна золотопромышленность, а на моей совести, кроме денег, добытых золотопромышленностью, большою
тяжестью лежат еще заводы, которые основаны на отнятых у башкир землях и созданы трудом приписных к заводам крестьян.
В его душе проснулся тогда русский человек, понявший всю пропасть своего падения. Первою мыслью его было броситься к ногам этого монарха-отца и
молить, подобно блудному сыну, о прощении, но его грех показался ему настолько великим, неискупимым, что
тяжесть его парализовала все его чувства, и он дал себя увлечь стоявшему рядом с ним Якубовичу.
— Рендич обещался через неделю все нам устроить, —
заметил он. — На него, кажется, положиться можно… Слышала ты, Елена, — прибавил он с внезапным одушевлением, — говорят, бедные далматские рыбаки пожертвовали своими свинчатками, — ты знаешь, этими
тяжестями, от которых невода на дно опускаются, — на пули! Денег у них не было, они только и живут что рыбною ловлей; но они с радостию отдали свое последнее достояние и голодают теперь. Что за народ!