Неточные совпадения
Село, где имел, как принято выражаться в Сибири, резиденцию «земский заседатель» и куда помчался
староста поселка, лежавшего вблизи прииска Толстых, находилось верстах в тридцати от высокого дома.
В
селе, где жил заседатель, было несколько времени тому назад тоже совершено убийство, и в тот самый день, когда
староста поселка, лежавшего близ прииска Толстых, приехал дать знать о случившемся «барину», происходило вскрытие тела убитой женщины, и окружной врач находился в
селе.
Павел Сергеевич, несмотря на то, что был очень терпелив, вышел из себя, составил поставление об аресте и приказал
старосте под строгим караулом отправить преступника в
село, где имел резиденцию, и посадить его в каталажку [Место заключения — местное выражение.] при волостном правлении. Пока в поселке снаряжали подводу под арестанта, он велел подать себе лошадей и уехал. Толстых беспокоить он не решился.
Поручив
старосте села Серединского присутствовать за него при акте станового, за которым послали нарочного, а также наблюдение за остальными постройками и вообще дальнейшим хозяйством усадьбы, Николай Герасимович вместе с землемером уехал на станцию железной дороги.
Неточные совпадения
«Что за мужчина? —
старосту // Допытывали странники. — // За что его тузят?» // — Не знаем, так наказано // Нам из
села из Тискова, // Что буде где покажется // Егорка Шутов — бить его! // И бьем. Подъедут тисковцы. // Расскажут. Удоволили? — // Спросил старик вернувшихся // С погони молодцов.
Сменив исправного и расторопного
старосту, коим крестьяне его (по их привычке) были недовольны, поручил он управление
села старой своей ключнице, приобретшей его доверенность искусством рассказывать истории.
— Отличный старик!
Староста. Гренадер. Догадал меня черт выпить у него в избе кринку молока, ну — понятно: жара, устал! Унтер, сукин сын, наболтал чего-то адъютанту; адъютант — Фогель, командир полка — барон Цилле, — вот она где у меня
села, эта кринка!
— Ты что тут стоишь? — оборотилась она к Матрене, — поди скажи Егорке, чтоб он бежал в
село и сказал
старосте, что мы сами идем туда.
К полудню приехали становой и писарь, с ними явился и наш сельский священник, горький пьяница и старый старик. Они освидетельствовали тело, взяли допросы и
сели в зале писать. Поп, ничего не писавший и ничего не читавший, надел на нос большие серебряные очки и сидел молча, вздыхая, зевая и крестя рот, потом вдруг обратился к
старосте и, сделавши движение, как будто нестерпимо болит поясница, спросил его: