Неточные совпадения
Во время тех же поездок в суд Николай Герасимович Савин познакомился с двумя очень милыми людьми: депутатом бельгийской палаты Ван-Смиссеном, обвинявшемся в убийстве своей жены из
ревности, и французом графом Дюплекс де Кадиньян — любовником этой убитой мужем
женщины, который, увлекшись ею, наделал в Брюсселе более миллиона долгов, а после ее смерти уехал в Ниццу, не расплатившись со своими кредиторами и поднадув несколько простаков-бельгийцев, почему и был привлечен к суду за мошенничество.
— Смотрите, смотрите, только не умрите от
ревности… Вы, видимо, ошиблись, говоря, что он единственно может нравиться только
женщинам бальзаковского возраста, а оказывается и молодые девушки…
— Да, не бойтесь…
Ревность не входит в число ее многих пороков, которые в ней кажутся добродетелями. При моем содействии, она, как
женщина, уладит все по вашему желанию.
Эта любимица, столько предпочтенная, столько дорогая, умирает, ждет его помощи тут, в доме, куда загородила ему путь ужасная
ревность женщины.
Неточные совпадения
Она вспомнила, как она рассказала почти признание, которое ей сделал в Петербурге молодой подчиненный ее мужа, и как Алексей Александрович ответил, что, живя в свете, всякая
женщина может подвергнуться этому, но что он доверяется вполне ее такту и никогда не позволит себе унизить ее и себя до
ревности.
Для других, она знала, он не представлялся жалким; напротив, когда Кити в обществе смотрела на него, как иногда смотрят на любимого человека, стараясь видеть его как будто чужого, чтоб определить себе то впечатление, которое он производит на других, она видела, со страхом даже для своей
ревности, что он не только не жалок, но очень привлекателен своею порядочностью, несколько старомодною, застенчивою вежливостью с
женщинами, своею сильною фигурой и особенным, как ей казалось, выразительным лицом.
Друзья, которые завтра меня забудут или, хуже, возведут на мой счет Бог знает какие небылицы;
женщины, которые, обнимая другого, будут смеяться надо мною, чтоб не возбудить в нем
ревности к усопшему, — Бог с ними!
Действия этой
женщины не интересовали его, ее похвалы Харламову не возбуждали
ревности. Он был озабочен решением вопроса: какие перспективы и пути открывает пред ним война? Она поставила под ружье такое количество людей, что, конечно, продлится недолго, — не хватит средств воевать года. Разумеется, Антанта победит австро-германцев. Россия получит выход в Средиземное море, укрепится на Балканах. Все это — так, а — что выиграет он? Твердо, насколько мог, он решил: поставить себя на видное место. Давно пора.
Но ни
ревности, ни боли он не чувствовал и только трепетал от красоты как будто перерожденной, новой для него
женщины. Он любовался уже их любовью и радовался их радостью, томясь жаждой превратить и то и другое в образы и звуки. В нем умер любовник и ожил бескорыстный артист.