Седобородый жандарм,
вынимая из шкафа книги, встряхивал их, держа вверх корешками, и следил, как молодой товарищ его, разрыв постель, заглядывает под кровать, в ночной столик. У двери, мечтательно покуривая, прижался околоточный надзиратель, он пускал дым за дверь, где неподвижно стояли двое штатских и откуда притекал запах йодоформа. Самгин поймал взгляд молодого жандарма и шепнул ему:
Когда я, уже собрав достаточно сведений о Чуркине, явился к Н.И. Пастухову, он
вынул из шкафа «Дело Чуркина», положил его на стол, а я выложил начерченную мною карту с названиями сел, деревень, дорог, районов, где «работал» Чуркин, отметив все разбойничьи притоны.
— Очень рад, что могу вам служить, — ответил Поталеев,
вынимая из шкафа откупоренную бутылку хереса.
Я никогда не видал и не читал «Гамлета». Вася
вынул из шкафа тоненькую, в потрепанном дешевом переплете печатную книжку, всю исчерканную, и дал только до утра — утром первая репетиция. Я прочел с восторгом, как говорится, взасос, ночью раза три зажигал свечку и перечитывал некоторые места.
Платонов. На чаек? Не нужно… Впрочем, что я говорю? Хорошо, мой милый! На чаек я тебе не дам, а я тебе лучше чайку дам… И мне выгоднее, да и для тебя трезвее… (
Вынимает из шкафа чайницу.) Подойди сюда… Чай хороший, крепкий… Хоть не сорокаградусный, но крепкий… Во что же тебе дать?
Неточные совпадения
Когда Обломов не обедал дома, Анисья присутствовала на кухне хозяйки и,
из любви к делу, бросалась
из угла в угол, сажала,
вынимала горшки, почти в одно и то же мгновение отпирала
шкаф, доставала что надо и захлопывала прежде, нежели Акулина успеет понять, в чем дело.
Хозяин
вынул из ставца [Ставец (устар.) — высокий
шкаф для посуды.] штоф [Штоф — бутыль (объемом 1/10 ведра).] и стакан, подошел к нему и, взглянув ему в лицо: «Эхе, — сказал он, — опять ты в нашем краю!
— А, контрибуция, понимаю! — перебил ее Гиршфельд и
вынув из кармана связку ключей, подошел к вделанному в стене кабинета железному
шкафу и отпер его.
Он не заметил этой улыбки, с минуту постоял в задумчивости, затем подошел к одному
из аптечных
шкафов,
вынул закупоренный и запечатанный пузырек с какой-то жидкостью; затем
из ящика достал кисточку и, завернув все это в бумажку, подал дожидавшейся Агафонихе.
Говоря все это скороговоркой, Лили вскочила с табурета, открыла один
из шкафов и достала
из него свою шкатулку с драгоценностями,
из которой
вынула экран голубого бархата и подала Савину.