Это делалось потому, что расстояние между тюрьмой святого Жиля и судом было очень
велико, по крайней мере, четыре версты, и ездить по нескольку раз за арестованными было бы неудобно.
— Дорогая Ольга Ивановна, — сказал он, обращаясь к молодой девушке, — уважение, которое я к вам питаю, так же
велико, как и преклонение перед вашей красотой, а потому позвольте мне, жениху вашей подруги, быть вашим защитником от наглости этих господ. Не ревность, а негодование заставило меня измениться в лице.