Эти слова он повторил много раз. Причастившись святых тайн вторично, Петр стал спокойнее, и после, когда Феофилакт прочитал отходную,
государь умер с великою болью и с великими верою, терпением, благочестием и надеждою на Бога.
С тех пор он не раз лишался царской благосклонности, но так как выходки его были забавны, а
государь умирал от скуки, то и поспешил, при первом напоминании, снова призвать Ростопчина ко двору.
Неточные совпадения
— Кто, Михеев
умер? — сказал Собакевич, ничуть не смешавшись. — Это его брат
умер, а он преживехонький и стал здоровее прежнего. На днях такую бричку наладил, что и в Москве не сделать. Ему, по-настоящему, только на одного
государя и работать.
Парень им говорил: — Перестаньте плакать, перестаньте рвать мое сердце. Зовет нас
государь на службу. На меня пал жеребей. Воля божия. Кому не
умирать, тот жив будет. Авось-либо я с полком к вам приду. Авось-либо дослужуся до чина. Не крушися, моя матушка родимая. Береги для меня Прасковьюшку. — Рекрута сего отдавали из экономического селения.
Хорошо бы и то, когда бы тем и конец был, но
умирать томною смертию, под батожьем, под кошками, в кандалах, в погребе, нагу, босу, алчущу, жаждущу, при всегдашнем поругании;
государь мой, хотя холопей считаете вы своим имением, нередко хуже скотов, но, к несчастию их горчайшему, они чувствительности не лишены.
Вы, князья буй Рюрик и Давид! // Смолкли ваши воинские громы. // А не ваши ль плавали в крови // Золотом покрытые шеломы? // И не ваши ль храбрые полки // Рыкают, как туры,
умирая // От каленой сабли, от руки // Ратника неведомого края? // Встаньте,
государи, в злат стремень // За обиду в этот черный день, // За Русскую землю, // За Игоревы раны — // Удалого сына Святославича!
Обыкновенно или чиновник
умирал, или
государь — и тогда наследник на радостях прощал долги.