Неточные совпадения
Ограниченный умом, Григорий Лукьянович по природе своей был мстителен, зверски жесток, и эти отрицательные качества, соединенные с необычайною твердостью воли и отчаянной храбростью, делали его тем «извергом рода человеческого», «исчадьем кромешной тьмы», «сыном
дьявола», каковым считали его современники и
каким он до сей поры представляется отдаленному
на несколько веков от времени его деятельности потомству.
— Да к тому же этот самый рыжий
дьявол Малюта, — помяни мое слово, не к добру зачастил он к нам, —
на княжну свои глазища бесстыжие пялит, индо за нее страшно становится,
как стоит она перед ним, голубка чистая, от страха даже в лице меняясь… — заметил, кроме того, Яков Потапович.
— Ну, ну, ладно, — не шумите, — откликнулся Бердников, легко дрыгая ногами, чтоб опустить взъехавшие брюки, и уныло взвизгнул: —
На какого дьявола она работает, а!
— Куриные, понимаешь, куриные, черт бы их задрал!
На какого дьявола они мне нужны. Пусть посылают их этому негодяю в его совхоз!
Неточные совпадения
—
На кой
дьявол нужна наша интеллигенция при таком мужике? Это все равно
как деревенские избы перламутром украшать. Прекраснодушие, сердечность, романтизм и прочие пеперменты, уменье сидеть в тюрьмах, жить в гиблых местах ссылки, писать трогательные рассказы и статейки. Страстотерпцы, преподобные и тому подобные. В общем — незваные гости.
— Надобно же было, — продолжал Чуб, утирая рукавом усы, — какому-то
дьяволу, чтоб ему не довелось, собаке, поутру рюмки водки выпить, вмешаться!.. Право,
как будто
на смех… Нарочно, сидевши в хате, глядел в окно: ночь — чудо! Светло, снег блещет при месяце. Все было видно,
как днем. Не успел выйти за дверь — и вот, хоть глаз выколи!
Россия — самая националистическая страна в мире, страна невиданных эксцессов национализма, угнетения подвластных национальностей русификацией, страна национального бахвальства, страна, в которой все национализировано вплоть до вселенской церкви Христовой, страна, почитающая себя единственной призванной и отвергающая всю Европу,
как гниль и исчадие
дьявола, обреченное
на гибель.
Публика, метнувшаяся с дорожек парка, еще не успела прийти в себя,
как видит:
на золотом коне несется черный
дьявол с пылающим факелом и за ним — длинные дроги с черными
дьяволами в медных шлемах… Черные
дьяволы еще больше напугали народ… Грохот, пламя, дым…
—
Какого тебе
дьявола надо? Черти еще
на кулачки не дрались, а ты, подлец, уж и лезешь ко мне! — пуще прежнего кричал Смолокуров, отпирая дверь.