Неточные совпадения
Богатая карета с ливрейными гайдуками, сановный старец Бестужев, — некоторые даже узнали его имя, — лицо, имевшее силу при петербургском дворе, привезший таинственную послушницу — все было доказательством
не только правдоподобия, но прямо-таки истины их догадок.
Годы летели незаметно. Даше Ивановой пошел уже тринадцатый год. Она была в доме полновластной хозяйкой, и
не только прислуга, но сам отец и мать боялись своей дочери. На Ираиду Яковлевну она прямо-таки наводила панический ужас, а храбрый преображенец-сержант, хотя и старался
не поддаваться перед девчонкой позорному чувству страха, но при столкновениях с дочерью, всегда оканчивающихся
не в его пользу, часто праздновал труса, хотя
не сознавался в этом даже самому себе.
Это-то изменившееся настроение духа Глеба Алексеевича заставило его родственников особенно часто приступить к нему за допросами, вроде только что переданных. Они полагали, что теперь именно «приспело время». Особенной настойчивостью в преследовании матримониальных целей относительно Глеба Алексеевича была его тетка Глафира Петровна Салтыкова, вдова генерал-аншефа, богатая и всеми уважаемая в Москве старуха. Она
не давала
прямо проходу племяннику, и он принужден был бегать от нее как от чумы.
Приживалка плюнула, попав
прямо в бороду лежавшему около кровати мужику. Тот, однако,
не обратил на это внимания и хладнокровно обтерся, весь тоже поглощенный, как и все присутствующие, известием о сватовстве племянника своей благодетельницы-генеральши.
И вдруг… Глафира Петровна
не пожелала даже его выслушать, а
прямо ребром поставила вопрос: или она, или его невеста?
Глеб Алексеевич решил ехать к Дарье Николаевне и даже мысленно пожелал, что
не проехал к ней
прямо от Глафиры Петровны. Ошеломленный разговором с тетушкой, он думал несколько успокоиться и собраться с мыслями, чтобы предстать перед своей невестой
не «мокрой, ошпаренной курицей» — прозвище, которое Дарья Николаевна нередко за последнее время давала ему. Приказав снова запрягать лошадей, Глеб Алексеевич через каких-нибудь полчаса уже мчался по направлению Сивцева Вражка.
Не прошло и недели, как случилось обстоятельство, окончательно убедившее Глеба Алексеевича
не только в практической сметке, но
прямо прозорливости и уме его невесты — Дарьи Николаевны Ивановой.
Знаю я давно твои шашни с Кузькой, работником «аптекаря», вот ты через него или
прямо от самого старика мне снадобья этого и достань, а
не достанешь, говорит, так я тебе покажу себя…
Фимка лежала
прямо на голой земле, на том месте, куда была брошена Кузьмой, так как, видимо,
не имела сил, а быть может, и
не желала добраться до более удобного ложа на соломе.
Костя, ободренный старушкой, продолжал свой рассказ,
не преминув, конечно, сообщить о своей любви к Маше и о невозможности теперь посмотреть ей
прямо в глаза. Этим он и объяснил причину своего бегства из дома Дарьи Николаевны и настойчивое нежелание возвращаться в него.
— Да, да, случай, можно сказать, случай, —
не отвечая
прямо на вопрос, заметила «особа», разведя руками и вставая с кресла, причем полы халата раскинулись было, но тотчас ею поправлены.
Тогда же Екатерина работала над своим Наказом, где
прямо поставлена ее основная мысль о самодержавии: всякое другое правление
не только было бы России вредно, но и в конец разорительно: лучше повиноваться законам под одним господином, нежели повиноваться многим.
Дарья Николаевна понимала, что если бы она вздумала начать с Кузьмой такую же расправу, какую произвела сейчас над несколькими дворовыми, то он
не постеснялся бы ей дать сдачи и
не только оттузил бы ее по-свойски, но прямо-таки ударом своего пудового кулака отправил бы на свиданье с Фимкой.
Маша тогда же решила тоже молчать об этом, рассказав только Косте… когда он будет ее мужем. При последней мысли, несмотря на то, что она была одна, молодая девушка густо покраснела. Впрочем, в тот же день после трапезы мать Досифея снова позвала ее к себе и уже
прямо наказала ей
не говорить о происшествии с рукой.
Только тогда Бородавкин спохватился и понял, что шел слишком быстрыми шагами и совсем не туда, куда идти следует. Начав собирать дани, он с удивлением и негодованием увидел, что дворы пусты и что если встречались кой-где куры, то и те были тощие от бескормицы. Но, по обыкновению, он обсудил этот факт
не прямо, а с своей собственной оригинальной точки зрения, то есть увидел в нем бунт, произведенный на сей раз уже не невежеством, а излишеством просвещения.
Неточные совпадения
Сажают
прямо против Тани, // И, утренней луны бледней // И трепетней гонимой лани, // Она темнеющих очей //
Не подымает: пышет бурно // В ней страстный жар; ей душно, дурно; // Она приветствий двух друзей //
Не слышит, слезы из очей // Хотят уж капать; уж готова // Бедняжка в обморок упасть; // Но воля и рассудка власть // Превозмогли. Она два слова // Сквозь зубы молвила тишком // И усидела за столом.
Упала в снег; медведь проворно // Ее хватает и несет; // Она бесчувственно-покорна, //
Не шевельнется,
не дохнет; // Он мчит ее лесной дорогой; // Вдруг меж дерев шалаш убогой; // Кругом всё глушь; отвсюду он // Пустынным снегом занесен, // И ярко светится окошко, // И в шалаше и крик, и шум; // Медведь промолвил: «Здесь мой кум: // Погрейся у него немножко!» // И в сени
прямо он идет, // И на порог ее кладет.
Во дни веселий и желаний // Я был от балов без ума: // Верней нет места для признаний // И для вручения письма. // О вы, почтенные супруги! // Вам предложу свои услуги; // Прошу мою заметить речь: // Я вас хочу предостеречь. // Вы также, маменьки, построже // За дочерьми смотрите вслед: // Держите
прямо свой лорнет! //
Не то…
не то, избави Боже! // Я это потому пишу, // Что уж давно я
не грешу.
Но наконец она вздохнула // И встала со скамьи своей; // Пошла, но только повернула // В аллею,
прямо перед ней, // Блистая взорами, Евгений // Стоит подобно грозной тени, // И, как огнем обожжена, // Остановилася она. // Но следствия нежданной встречи // Сегодня, милые друзья, // Пересказать
не в силах я; // Мне должно после долгой речи // И погулять и отдохнуть: // Докончу после как-нибудь.
И между тем душа в ней ныла, // И слез был полон томный взор. // Вдруг топот!.. кровь ее застыла. // Вот ближе! скачут… и на двор // Евгений! «Ах!» — и легче тени // Татьяна прыг в другие сени, // С крыльца на двор, и
прямо в сад, // Летит, летит; взглянуть назад //
Не смеет; мигом обежала // Куртины, мостики, лужок, // Аллею к озеру, лесок, // Кусты сирен переломала, // По цветникам летя к ручью, // И, задыхаясь, на скамью