Тяжело отзывалась эта потеха на лицах и спинах этих людей. Они глухо роптали, но открыто восставать и боялись, и не могли. Им оставалось вымещать свою злобу на барыню, разнося по Москве, по ее улицам и переулкам, по ее харчевням и гербергам, как назывались пивные в описываемое нами время, вести о ее зверствах, придавая им почти легендарный характер. Ее не называли они даже по имени и отчеству, а просто «Салтычихой» — прозвище так и оставшееся за ней в народе и перешедшее в историю.
Когда еще он однажды по обыкновению стал пенять на барина, что тот бранит его понапрасну за тараканов, что «не он выдумал их», Анисья молча выбрала с полки куски и завалявшиеся с незапамятных времен крошки черного хлеба, вымела и вымыла шкафы, посуду — и тараканы почти совсем исчезли.
Ястребом напустился он на сына, упрекал его в безнравственности, в безбожии, в притворстве; кстати выместил на нем всю накипевшую досаду против княжны Кубенской, осыпал его обидными словами.
Метла – символ переустройства, сильный магический инструмент, который может вымести как злых, так и добрых духов, в зависимости от того, кто им пользуется.
Уставшие от перепалки и тесноты люди нашли наконец того, на ком можно было выместить злость и усталость.
Тёмные и замутившиеся со временем люди не знают, на ком выместить злобу и неудовлетворённость жизнью.
Метла – символ переустройства, сильный магический инструмент, который может вымести как злых, так и добрых духов, в зависимости от того, кто им пользуется.