Неточные совпадения
Все недавнее прошлое восстало
перед ним, образы несчастного Костогорова и не менее, если не более, несчастной княгини Зинаиды Сергеевны, появились один за другим
перед его духовным
взором.
Если попадались более длинные расстояния без селений и жилья, то
перед взорами путешественников в назначенном месте, как из земли, вырастали роскошные дворцы, нарочно выстроенные по приказанию Потемкина.
Как в волшебном калейдоскопе,
перед взорами очарованных путешественников сменялись восхитительные пейзажи.
Картины далекого прошлого неотступно стояли
перед духовным
взором несчастного «баловня счастья» и за возвращение хотя на мгновение пережитых им сладких минут свиданья с княжною Несвицкою в доме графини Нелидовой он готов был отдать свое могущество, власть, свое историческое имя и целый рой окружавших его красавиц.
Неточные совпадения
Но наконец она вздохнула // И встала со скамьи своей; // Пошла, но только повернула // В аллею, прямо
перед ней, // Блистая
взорами, Евгений // Стоит подобно грозной тени, // И, как огнем обожжена, // Остановилася она. // Но следствия нежданной встречи // Сегодня, милые друзья, // Пересказать не в силах я; // Мне должно после долгой речи // И погулять и отдохнуть: // Докончу после как-нибудь.
В следующую речь г-жи Простаковой Софья сказывает
взорами Милону, что
перед ним Стародум. Милон ее понимает.
А замки, башни, леса, розовые, палевые, коричневые, сквозят от последних лучей быстро исчезающего солнца, как освещенный храм… Вы недвижны, безмолвны, млеете
перед радужными следами солнца: оно жарким прощальным лучом раздражает нервы глаз, но вы погружены в тумане поэтической думы; вы не отводите
взора; вам не хочется выйти из этого мления, из неги покоя.
Минуты этой задумчивости были самыми тяжелыми для глуповцев. Как оцепенелые застывали они
перед ним, не будучи в силах оторвать глаза от его светлого, как сталь,
взора. Какая-то неисповедимая тайна скрывалась в этом
взоре, и тайна эта тяжелым, почти свинцовым пологом нависла над целым городом.
Скорым шагом удалялся он прочь от города, а за ним, понурив головы и едва поспевая, следовали обыватели. Наконец к вечеру он пришел.
Перед глазами его расстилалась совершенно ровная низина, на поверхности которой не замечалось ни одного бугорка, ни одной впадины. Куда ни обрати
взоры — везде гладь, везде ровная скатерть, по которой можно шагать до бесконечности. Это был тоже бред, но бред точь-в-точь совпадавший с тем бредом, который гнездился в его голове…