— Знаю, матушка-барыня, знаю, и самому во как боязно, только что же поделаешь, тоже свою шкуру от князя спасать надо… Живого
не украсть, как он приказал, а иначе никак не сообразишь, как и сделать… Княгиня-то тоже не наша сестра, заступу за себя найдет…
Неточные совпадения
— Но если это правда! — прошептал он. — У меня нет врагов! И притом этот подробный адрес… Нет, это, должно быть, правда… Она
не любит меня… О, позор, позор! Обманут, обманут ею… О, несчастная, презренная женщина… Ничто
не удержало ее, бесстыдную, от преступной страсти — даже мысль о своем ребенке
не могла спасти ее! Она
украла мою честь и покрыла позором мое имя и колыбель своего ребенка… А я… я любил ее так искренно… Я все еще люблю ее и теперь!.. О, как справедливо было мое подозрение… Это ужасно, ужасно!
Ведь
не будет же княгиня молчать и бездействовать, когда у ней
украдут только что рожденного ребенка. Ведь у ней есть тоже такая же сила, которую носит на себе Степан, даже, быть может, и большая.
— Князь, как я вам докладывал, изволил приказать
украсть, раньше чем его окрестят, чтобы, значит, он его фамилию
не носил… Наша холопская доля — что приказано, то и делать надо… князь-то у нас строг, да и человек сильный… У самой государыни на отличке… Только так украсть-то несподручно… княгиня тоже молчать
не станет… и тоже управу найдет… так оно и выходит по пословице: «Паны дерутся, а у холопов чубы трясутся».
Хвастающийся своею близостью с любовницей князя, он делал его уже смешным в глазах света, тогда как те, другие, пользуясь взаимностью Калисфении Николаевны,
крали только крохи, падающие от стола господ,
не смея заикнуться об этом, боясь гнева его, светлейшего.
И жена его сильно занята: она часа три толкует с Аверкой, портным, как из мужниной фуфайки перешить Илюше курточку, сама рисует мелом и наблюдает, чтоб Аверка
не украл сукна; потом перейдет в девичью, задаст каждой девке, сколько сплести в день кружев; потом позовет с собой Настасью Ивановну, или Степаниду Агаповну, или другую из своей свиты погулять по саду с практической целью: посмотреть, как наливается яблоко, не упало ли вчерашнее, которое уж созрело; там привить, там подрезать и т. п.
«Он, говорит, вор; хоть он теперь и
не украл, да все равно, говорит, он украдет, его и без того на следующий год возьмут в рекруты».
— Как зе мозно, васе благородие! Я цестный зид, я
не украл, а для васего благородия достал, точно! И уз старался я, старался! Зато и конь! Такого коня по всему Дону другого найти никак невозмозно. Посмотрите, васе благородие, что это за конь такой! Вот позалуйте, сюда! Тпру… тпру… повернись, стань зе боком! А мы седло снимем. Каков! Васе благородие?
Неточные совпадения
Он насильно пожал ему руку, и прижал ее к сердцу, и благодарил его за то, что он дал ему случай увидеть на деле ход производства; что передрягу и гонку нужно дать необходимо, потому что способно все задремать и пружины сельского управленья заржавеют и ослабеют; что вследствие этого события пришла ему счастливая мысль: устроить новую комиссию, которая будет называться комиссией наблюдения за комиссиею построения, так что уже тогда никто
не осмелится
украсть.
Ей-ей, <дело>
не в этом имуществе, которое могут у меня конфисковать, а в том, которого никто
не может
украсть и отнять!
— Помилуйте, да эти черкесы — известный воровской народ: что плохо лежит,
не могут
не стянуть; другое и
не нужно, а все
украдет… уж в этом прошу их извинить! Да притом она ему давно-таки нравилась.
Недаром ему завидовали все наездники и
не раз пытались ее
украсть, только
не удавалось.
— Послушай, — сказал твердым голосом Азамат, — видишь, я на все решаюсь. Хочешь, я
украду для тебя мою сестру? Как она пляшет! как поет! а вышивает золотом — чудо!
Не бывало такой жены и у турецкого падишаха… Хочешь? дождись меня завтра ночью там в ущелье, где бежит поток: я пойду с нею мимо в соседний аул — и она твоя. Неужели
не стоит Бэла твоего скакуна?