Неточные совпадения
Когда мать Потемкина, Дарья Васильевна, привезла
сына в Москву и посетила с ним приятеля своего покойного
мужа, то последний сам предложил ей поместить Грица — так звали мальчика в родительском доме — у него, не позволив, конечно, даже заикнуться о каком-нибудь вознаграждении.
Он бросился в детскую, чтобы у колыбели своего ребенка найти силу пережить те несколько часов, которые остались до полного убеждения в том ужасном факте, что он «обманутый
муж» и что у его
сына нет «честной матери».
Вскоре пришло и второе письмо, в котором Дарья Васильевна уже прямо хвасталась пред
сыном своею близостью к княгине Святозаровой: «Взяла она меня, старуху, к себе в дружество, — писала она и в доказательство приводила то обстоятельство, что княгиня поведала ей, что “она четвертый месяц как беременна”. — Как она, голубушка, радуется, сына-то у ней муж-изверг отнял, Господь же милосердный посылает ей другое детище, как утешение», — кончала это письмо Дарья Васильевна.
Мы уже знаем, что Дарья Васильевна, по поручению
сына, была знакома с княгиней Зинаидой Сергеевной, и по ее рассказам, а также из писем Григория Александровича, знала, что княгиня, разошлась с
мужем, который ее к кому-то приревновал, и уехала в свое поместье, чтобы более не возвращаться в Петербург.
Она вспомнила усиленные просьбы
сына по возможности сообщать ему подробные сведения о княгине и о том, получает ли она какие-либо вести от своего
мужа, то есть князя Андрея Павловича, камердинер которого теперь лежал у ее ног, и решила выпытать от последнего всю подноготную.
Вдруг эти воспоминания окрашивались кровавым цветом — труп убитого у ее ног несчастного Костогорова восставал в ее памяти, а за ним все последующие воспоминания: сцены с
мужем, выезд из Петербурга, разлука с единственным
сыном, — ложились на ее душу свинцовою тяжестью.
Она думала о своем
сыне… о
муже…
Появление князя Андрея Павловича в Несвицком в ту самую минуту, когда княгиня Зинаида Сергеевна была мысленно около оставленных в Петербурге
мужа и
сына, было до того для нее неожиданно, что вся выработанная ею система отношений к
мужу рухнула сразу, и измученная женщина, видевшая в нем все же единственного близкого ей человека, инстинктивно, подчиняясь какому-то внутреннему толчку, бросилась к нему на шею.
Это соображение пересилило в ней любовь к
сыну, если только она была в ее холодном сердце, и она, дав
мужу несколько советов, уехала обратно на Васильевский, даже не взглянув издали на больного Андрюшу.
Даже не особенно чувствительная к болезни
сына и горю
мужа Калисфения Фемистокловна, заехавшая как-то раз в кондитерскую и беседовавшая с
мужем через отворенную дверь комнаты, воскликнула...
— Покойный просто хотел сказать вам, что у вас есть
сын, который будет служить утешением в безвременной утрате
мужа, — заметила княгине одна из ее немногочисленных светских приятельниц, которой она доверила эту тайну.
С разъясненным Дашковой смыслом посмертной записки
мужа княгиня Зинаида Сергеевна согласилась совершенно, — она на самом деле нашла утешение в
сыне, заставившее забыть ее безвременную и страшную кончину
мужа.
Она, как мы знаем, после смерти
мужа совершенно удалилась от двора и посвятила себя
сыну и Богу.
— Говори, Аннушка, говори… Что сделано, то не вернешь… Я много страдала, все вынесла… и это вынесу… Где он, где мой
сын… Вот о ком написал мой
муж перед смертью.
«В бозе почивающий светлейший князь Григорий Александрович Потемкин-Таврический и прочее и прочее, усерднейший
сын отечества, присоединитель к Российской империи Крыма, Тамани, Кубани, основатель и соорудитель победоносных флотов на южных морях, победитель сил турецких на суше и на море, завоеватель Бессарабии, Очакова, Бендер, Аккермана, Килии, Измаила, Анапы, Кучук-Кале, Сунии, Тульчи, Исакчи, острова Березанского, Хаджибея и Паланки, прославивший оружие Российской империи в Европе и Азии, приведший в трепет столицу и потрясший сердце Оттоманской империи победами на морях и положивший к преславному миру с оною; основатель и соорудитель многих градов, покровитель науки, художеств и торговли,
муж, украшенный всеми доблестями общественными и благочестием.
Неточные совпадения
Она решительно не хочет, чтоб я познакомился с ее
мужем — тем хромым старичком, которого я видел мельком на бульваре: она вышла за него для
сына. Он богат и страдает ревматизмами. Я не позволил себе над ним ни одной насмешки: она его уважает, как отца, — и будет обманывать, как
мужа… Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в особенности!
Помощниками в исполнении ее велений были ее
сыновья и дочери, как то и у ее
мужа.
Ты виною будешь, если мать восплачет о
сыне своем, убиенном на ратном поле, и жена о
муже своем; ибо опасность плена едва оправдать может убийство, войною называемое.
Тотчас же мысли о доме, о
муже, о
сыне и заботы предстоящего дня и следующих обступили ее.
Пускай
муж опозорит и выгонит ее, пускай Вронский охладеет к ней и продолжает вести свою независимую жизнь (она опять с желчью и упреком подумала о нем), она не может оставить
сына.