Неточные совпадения
С другой стороны, Степану был дорог князь Андрей Павлович. Он
любил его не только как своего барина, а как товарища
детства, друга, родного человека. Для него он готов был на все. Он обещал оправдать его доверие и… оправдать его, хотя бы за это ему пришлось поплатиться гееной огненной.
Да! Да! Да! Права Оня! Еще два года, и мечта всей маленькой Дуниной жизни сбудется наконец! Она увидит снова поля, леса, золотые нивы, бедные, покосившиеся домики-избушки, все то, что привыкла
любить с детства и к чему тянется теперь, как мотылек к свету, ее изголодавшаяся за годы разлуки с родной обстановкой душа. Что-то радостно и звонко, как песня жаворонка, запело в сердечке Дуни. Она прояснившимися глазами взглянула на Оню и радостно-радостно произнесла:
Николаев. Нет, брат Иван, коли бы я тебя не
любил с детства, я бы ни за что не согласился быть на этой свадьбе. Только для тебя. Не люблю я этого барина. И что за манера? Два раза ждали, издали — носу не показал. Что это? Жених — и не приехал с родными невесты познакомиться! Что он, пренебрегает нами, что ль?
У него была жена, совершенно исключительная по достоинствам женщина, была куча здоровых детей, была слава, кругом его была русская природа и русский народ, который он привык
любить с детства больше всего на свете…»
Неточные совпадения
Вот отчего Захар так
любил свой серый сюртук. Может быть, и бакенбардами своими он дорожил потому, что видел в
детстве своем много старых слуг
с этим старинным, аристократическим украшением.
Жизнь эта открывалась религией, но религией, не имеющею ничего общего
с тою, которую
с детства знала Кити и которая выражалась в обедне и всенощной во Вдовьем Доме, где можно было встретить знакомых, и в изучении
с батюшкой наизусть славянских текстов; это была религия возвышенная, таинственная, связанная
с рядом прекрасных мыслей и чувств, в которую не только можно было верить, потому что так велено, но которую можно было
любить.
—
Люблю противоречить.
С детства приучился. Иногда, за неимением лучшего объекта, сам себе противоречу.
Он и прежде, еще в Москве, еще в
детстве Lise,
любил приходить к ней и рассказывать то из случившегося
с ним сейчас, то из прочитанного, то вспоминать из прожитого им
детства.
Он
с самого
детства любил уходить в угол и книжки читать, и, однако же, и товарищи его до того полюбили, что решительно можно было назвать его всеобщим любимцем во все время пребывания его в школе.