Неточные совпадения
Не зная совершенно
жизни, выходящей из рамок сельского житья-бытья, если не считать редкие поездки в Тамбов, княгиня Васса Семеновна, естественно, и для своей дочери не желала другой судьбы, какая выпала ей на долю, за исключением разве более
здорового и более нравственного мужа.
Здоровое воспитание на лоне природы не по летам развило княжну Людмилу, и, несмотря на ее наивность и неведение
жизни, в ее стройном, сильном теле скрывались все задатки страстной женщины. Ожидаемый по соседству князь уже представлялся ей ее «суженым», тем суженым, которого, по русской пословице, «конем не объедешь». Сердце ее стало биться сильнее обыкновенного, и она чаще стала предпринимать прогулки по направлению к Луговому.
Как бороться с этими силами? С какой стороны они направят свои удары? Разве третьего дня, уезжая из Зиновьева, оставив всех там веселыми и
здоровыми, он мог ожидать, что в ту же ночь рука злодея покончит с двумя
жизнями и что его невеста будет на волосок от смерти?
У ней глаза горели, как звезды, страстью. Ничего злого и холодного в них, никакой тревоги, тоски; одно счастье глядело лучами яркого света. В груди, в руках, в плечах, во всей фигуре струилась и играла полная,
здоровая жизнь и сила.
Постепенно уходит он от мира, уединяется, окружает себя иным миром любимых книг, произведений искусства, запахов, звуков, создает себе искусственную чувственную обстановку, иллюзию иного мира, мира родного и близкого. Des Esseintes грозит гибель, доктор требует, чтоб он вернулся к обыкновенной
здоровой жизни, но он не хочет идти ни на какие компромиссы с ненавистной действительностью.
Погоди, товарищ! Снова // Время прежнее вернется, // И опять волной широкой // Песня вольная польется. // Вновь широкой, полной грудью // Ты на родине задышишь. // Вновь чарующие звуки, // Звуки страсти ты услышишь. // Вновь звездою лучезарной // Пред тобой любовь заблещет. // Сердце, счастье предвкушая, // Сладко бьется и трепещет. // Сгинет байронова дума // На челе твоем суровом, // И заря
здоровой жизни // Загорится в блеске новом.
Шагом доехали они до недалекой заставы, а там пустились крупной рысью по шоссе. Погода была славная, прямо летняя; ветер струился им навстречу и приятно шумел и свистал в их ушах. Им было хорошо: сознание молодой,
здоровой жизни, свободного, стремительного движения вперед охватывало их обоих; оно росло с каждым мигом.
Неточные совпадения
— Мы ведем
жизнь довольно прозаическую, — сказал он, вздохнув, — пьющие утром воду — вялы, как все больные, а пьющие вино повечеру — несносны, как все
здоровые. Женские общества есть; только от них небольшое утешение: они играют в вист, одеваются дурно и ужасно говорят по-французски. Нынешний год из Москвы одна только княгиня Лиговская с дочерью; но я с ними незнаком. Моя солдатская шинель — как печать отвержения. Участие, которое она возбуждает, тяжело, как милостыня.
Здоровому человеку, разумеется, их незачем видеть, потому что
здоровый человек есть наиболее земной человек, а стало быть, должен жить одною здешнею
жизнью, для полноты и для порядка.
Он чувствовал, что и его
здоровый организм не устоит, если продлятся еще месяцы этого напряжения ума, воли, нерв. Он понял, — что было чуждо ему доселе, — как тратятся силы в этих скрытых от глаз борьбах души со страстью, как ложатся на сердце неизлечимые раны без крови, но порождают стоны, как уходит и
жизнь.
— Вон из этой ямы, из болота, на свет, на простор, где есть
здоровая, нормальная
жизнь! — настаивал Штольц строго, почти повелительно. — Где ты? Что ты стал? Опомнись! Разве ты к этому быту готовил себя, чтоб спать, как крот в норе? Ты вспомни все…
Все обращенные к ней лица показались Дарье Александровне
здоровыми, веселыми, дразнящими ее радостью
жизни.