Неточные совпадения
Если бы эта тетрадь Алфимова сохранилась бы до настоящего времени, она была бы драгоценным материалом для обрисовки нравов той эпохи, к которой относилась. Это было собрание не только финансовых, но и семейных тайн многих выдающихся и известных лиц Петербурга, в ней была
история их кредитоспособности, фамилии и адреса содержанок женатых людей и кандидаток в них. В этой тетради была канва для всевозможного
рода шантажа, по которой искусный и беззастенчивый человек мог вышивать желательные для него узоры.
Но не говоря о внутреннем достоинстве этого
рода историй (может быть, они для кого-нибудь или для чего-нибудь и нужны), истории культуры, к которым начинают более и более сводиться все общие истории, знаменательны тем, что они, подробно и серьезно разбирая различные религиозные, философские, политические учения, как причины событий, всякий раз, как им только приходится описать действительное историческое событие, как например поход 12-го года, описывают его невольно, как произведение власти, прямо говоря, что поход этот есть произведение воли Наполеона.
С посылками иноков по монастырским нуждам, очевидно, случались частые в этом
роде истории, по крайней мере, в том же 1749 году, когда не вернулся из сечи отец иеромонах, пропал и другой инок, тоже облеченный доверием своей обители.
Неточные совпадения
Все присутствующие изъявили желание узнать эту
историю, или, как выразился почтмейстер, презанимательную для писателя в некотором
роде целую поэму, и он начал так:
— Он ничего и никогда сам об этой
истории со мною не говорил, — осторожно отвечал Разумихин, — но я кой-что слышал от самой госпожи Зарницыной, которая тоже, в своем
роде, не из рассказчиц, и что слышал, то, пожалуй, несколько даже и странно…
Досказав всю
историю и всю гадость ее и еще с особенным удовольствием
историю о том, как украдены разными высокопоставленными людьми деньги, собранные на тот всё недостраивающийся памятник, мимо которого они проехали сегодня утром, и еще про то, как любовница такого-то нажила миллионы на бирже, и такой-то продал, а такой-то купил жену, адвокат начал еще новое повествование о мошенничествах и всякого
рода преступлениях высших чинов государства, сидевших не в остроге, а на председательских креслах в равных учреждениях.
Рассказ полицейского чиновника долго служил предметом одушевленных пересказов и рассуждений в гостинице.
История была вот какого
рода.
Это общая черта, по которой Сторешников очень удовлетворительно изображал в своей особе девять десятых долей
истории рода человеческого.