Неточные совпадения
Тогда как у княжны Варвары Ивановны образ ее друга князя Владимира Яковлевича Баратова положительно стушевался перед истинным рыцарем и
героем, Сигизмундом Нарцисовичем, Капочка, отдавая
последнему полную дань восторженного благоговения, все же своею мечтой останавливалась на князе Владимире Яковлевиче, который, казалось, специально был отлит в форму
героя ее романа.
Вследствие этого намеченная польским коршуном жертва — княжна Варвара Ивановна пока, к ее счастью, ограничивалась лишь созерцанием издалека своего
героя. И вдруг тога добродетели, в которую одет был
последний, грубо срывалась с него предсмертною исповедью Капочки.
Герой становился гнусным убийцей.
Несмотря на этот прозрачный намек, звание фельдмаршала, по проискам Потемкина, Суворову дано не было, и великолепный князь Тавриды не хотел даже пригласить увенчанного лаврами
последней войны
героя на пир, данный им в его новом Таврическом дворце, по случаю побед, одержанных в эту войну над неверными.
Молодой генерал Жуберт, видя, что победа склонилась на сторону русских, сам повел в штыки свое войско, ободрял солдат, но роковая пуля сразила республиканского генерала. Он пал как
герой, и
последние его слова были...
Неточные совпадения
Свой слог на важный лад настроя, // Бывало, пламенный творец // Являл нам своего
героя // Как совершенства образец. // Он одарял предмет любимый, // Всегда неправедно гонимый, // Душой чувствительной, умом // И привлекательным лицом. // Питая жар чистейшей страсти, // Всегда восторженный
герой // Готов был жертвовать собой, // И при конце
последней части // Всегда наказан был порок, // Добру достойный был венок.
Вот, окружен своей дубравой, // Петровский замок. Мрачно он // Недавнею гордится славой. // Напрасно ждал Наполеон, //
Последним счастьем упоенный, // Москвы коленопреклоненной // С ключами старого Кремля; // Нет, не пошла Москва моя // К нему с повинной головою. // Не праздник, не приемный дар, // Она готовила пожар // Нетерпеливому
герою. // Отселе, в думу погружен, // Глядел на грозный пламень он.
А между тем
герою нашему готовилась пренеприятнейшая неожиданность: в то время, когда блондинка зевала, а он рассказывал ей кое-какие в разные времена случившиеся историйки, и даже коснулся было греческого философа Диогена, показался из
последней комнаты Ноздрев.
Так совершил свое учебное поприще Обломов. То число, в которое он выслушал
последнюю лекцию, и было геркулесовыми столпами его учености. Начальник заведения подписью своею на аттестате, как прежде учитель ногтем на книге, провел черту, за которую
герой наш не считал уже нужным простирать свои ученые стремления.
Я сама имением управляю, и, представьте, у меня староста Ерофей — удивительный тип, точно Патфайндер [Патфайндер (следопыт) —
герой романов «Кожаный чулок», «Следопыт», «Прерия», «
Последний из могикан» американского писателя Джеймса Фенимора Купера (1789–1851).]