Началась ужасная резня. Поляки стреляли из домов и, собравшись густыми толпами, нападали на русских. Наша пехота колола их без пощады, конница рубила и топтала лошадьми — все бежало от русских в поле, за местечко, где большая часть отряда Огинского стояла на бивуаке. Русские, взятые Огинским в плен при Речице и запертые в одном из городских домов, бросились из окон и примкнули к своим.
Под Прагой штурмующей колонне внезапно стала грозить с фланга конница; часть конницы выстроила фронт налево и бросилась в штыки, а другая часть продолжала штурмовать, как ни в чем не бывало; кавалерия исчезла.
На Рымнике, где бой происходил против вчетверо сильнейшего неприятеля и успех доставался тяжело, признано было нужным подействовать на турок и ударом, и неожиданным впечатлением; на неоконченный ретраншамент, защищавший позицию, пущена в атаку конница — турки были разбиты.
Англичане сразу стали показывать разные удивления и пояснять, что к чему у них приноровлено для военных обстоятельств: буреметры морские, мерблюзьи мантоны пеших полков, а для конницы смолевые непромокабли. Государь на все это радуется, все кажется ему очень хорошо, а Платов держит свою ажидацию, что для него все ничего не значит.
И тяжёлой коннице легче увязнуть в пешем манёвренном строю, ворвавшись в него, чем расколоться о ряды щитоносцев, которых тоже не слишком много, чтобы стать решающей силой.
В тех главной силой была тяжёлая рыцарская конница, умевшая наносить таранные удары, но не способная успешно маневрировать на поле битвы, а в его войске грозой рыцарей стали лучники.
И тяжёлой коннице легче увязнуть в пешем манёвренном строю, ворвавшись в него, чем расколоться о ряды щитоносцев, которых тоже не слишком много, чтобы стать решающей силой.
Это был отряд лёгкой конницы, зато он насчитывал добрую сотню бойцов.
В тех главной силой была тяжёлая рыцарская конница, умевшая наносить таранные удары, но не способная успешно маневрировать на поле битвы, а в его войске грозой рыцарей стали лучники.