Неточные совпадения
Княгиню Зинаиду Павловну такой
исход этого дела страшно поразил, так как она, несмотря на то, Гиршфельд, как мы видели, объявил ей прямо, что деньги потеряны безвозвратно, все-таки надеялась. Благодаря отчасти этой надежде, она подарила княжне Маргарите пятьдесят тысяч рублей и обещала после своей смерти отказать ей полтораста, когда та,
узнав как бы случайно о потере ею всего ее состояния, подняла крик, что будет жаловаться на Гиршфельда и сотрет его с лица земли.
За благополучный
исход для дела, возбужденного по доносам князя Владимира и барона Розена, Гиршфельд был покоен, хотя дело это, по собранным им сведениям, все еще находилось в рассмотрении прокурорского надзора. Тревожила его полученная прокурором жалоба Луганского, о чем он
узнал тоже стороной, хотя по ней еще не приступали к производству следствия.
Неточные совпадения
В восемь часов пошел я смотреть фокусника. Публика собралась в
исходе девятого; представление началось. В задних рядах стульев
узнал я лакеев и горничных Веры и княгини. Все были тут наперечет. Грушницкий сидел в первом ряду с лорнетом. Фокусник обращался к нему всякий раз, как ему нужен был носовой платок, часы, кольцо и прочее.
— Мы в первый раз видимся, Алексей Федорович, — проговорила она в упоении, — я захотела
узнать ее, увидать ее, я хотела идти к ней, но она по первому желанию моему пришла сама. Я так и
знала, что мы с ней все решим, все! Так сердце предчувствовало… Меня упрашивали оставить этот шаг, но я предчувствовала
исход и не ошиблась. Грушенька все разъяснила мне, все свои намерения; она, как ангел добрый, слетела сюда и принесла покой и радость…
Новостей много, слушай только… Поздравь меня: геморрой наконец у меня открылся! Мы с доктором так обрадовались, что бросились друг другу в объятия и чуть не зарыдали оба. Понимаешь ли ты важность этого
исхода? на воды не надо ехать! Пояснице легче, а к животу я прикладываю холодные компрессы; у меня, ведь ты
знаешь — pletora abdominalis…» [полнокровие в системе воротной вены (лат.).]
Он сам испытывал нетрезвость страсти — и мучился за себя, но он давно
знал и страсти, и себя, и то не всегда мог предвидеть
исход. Теперь, видя Веру, упившеюся этого недуга, он вздрагивал за нее.
Отец опять тяжело вздохнул. Я уже не смотрел на него, только слышал этот вздох, — тяжелый, прерывистый, долгий… Справился ли он сам с овладевшим им исступлением, или это чувство не получило
исхода благодаря последующему неожиданному обстоятельству, я и до сих пор не
знаю.
Знаю только, что в эту критическую минуту раздался вдруг за открытым окном резкий голос Тыбурция: