— Трепещи, губитель! — крикнула она вне себя. —
Близок день расплаты! Близок час моего мщения!.. За каждую уроненную здесь слезу ты заплатишь мне своею кровью! Своею низкою, черною кровью.
Он как-то весь съежился, его охватывала нервная дрожь при одной мысли, что
близок тот день, когда он будет обязан выносить, быть может, несколько часов ее присутствие, смотреть ей в глаза, и лгать под презрительным, уничтожающим взглядом страшных глаз.