Неточные совпадения
Эти
генерал и офицер были: граф Алексей Андреевич Аракчеев и капитан лейб-гвардии гренадерского
полка Петр Андреевич Клейнмихель, крестник графа Аракчеева, часто сопутствовавший ему в его прогулках, заменяя адъютанта, назначение которым состоялось в 1812 году, по переводе его в Преображенский
полк.
Когда гвардейские
полки прибыли в Петербург и подошли церемониальным маршем к Зимнему дворцу, все офицеры получили в награду за поход третное жалованье, а солдаты по рублю; конногвардейскому
полку, как отбившему французское знамя в битве, пожалован георгиевский штандарт. Георгиевские кресты были даны великому князю Константину Павловичу, Багратиону, Милорадовичу, Дохтурову и другим
генералам. Кутузов за все время похода получил Владимира I степени и фрейлинский вензель для дочери.
Но пока что родная таратайка мчалась без удержу. Показание одного чиновника, добровольно сделанное пред командиром гвардейского корпуса генерал-адъютантом Васильчиковым, пролило на то, что прежде казалось маловажным, более истинный и, вместе с тем, более устрашающий свет, а затем, двумя различными путями: через юнкера 3-го бугского уланского
полка, Украинского военного поселения Шервуда и через капитана вятского пехотного
полка Майбороду, обнаружено было существование заговора.
Барон Фридерикс, полковник Измайловского
полка, прибыл из Таганрога с депешею
генерала Дибича. Эта депеша, адресованная: «Его величеству императору, в собственные руки», — имела на конверте подпись: «Очень нужное».
По усмирении бунта в Старой Руссе возвратился в Новгород
генерал Эйлер, в сопровождении резервного батальона карабинерного
полка для начальствования над войсками.
Алексей Андреевич очень любил Федора Карловича, бывшего некогда командиром
полка имени графа, и даже предлагал ему выйти в отставку и поселиться с семьей в Грузине, обещая сделать его своим наследником, но
генерал фон Фрикен уклонился от этого.
Неточные совпадения
— Павловский
полк, да — говорят — и другие
полки гарнизона перешли на сторону народа, то есть Думы. А народ — действует: полицейские участки разгромлены, горят, окружный суд, Литовский замок — тоже, министров арестуют,
генералов…
Н. Н. Бахметев, брат хромого
генерала и тоже
генерал, но давно в отставке, был дружен с ним еще во время их службы в Измайловском
полку.
Года через два или три, раз вечером сидели у моего отца два товарища по
полку: П. К. Эссен, оренбургский генерал-губернатор, и А. Н. Бахметев, бывший наместником в Бессарабии,
генерал, которому под Бородином оторвало ногу. Комната моя была возле залы, в которой они уселись. Между прочим, мой отец сказал им, что он говорил с князем Юсуповым насчет определения меня на службу.
Разумеется, что при такой обстановке я был отчаянный патриот и собирался в
полк; но исключительное чувство национальности никогда до добра не доводит; меня оно довело до следующего. Между прочими у нас бывал граф Кенсона, французский эмигрант и генерал-лейтенант русской службы.
Все мои предки были
генералы и георгиевские кавалеры, все начали службу в кавалергардском
полку.