Неточные совпадения
Петр Андреевич хорошо понимал, что смерть Настасьи Минкиной поразила графа Аракчеева не как утрата любимой женщины, а как гибель верного испытанного друга, быть
может, погибшего по проискам его личных врагов; граф шел еще далее и был убежден, что это дело врагов России, желавших
лишить его «ангела хранителя», подготовляя этим и его собственную гибель.
Теперь же, когда эта мысль о будущем пришла ему в голову, все изменилось в его мыслях: он сразу как бы понял то, что в нормальном состоянии должен был бы понять давно. Он понял, что долго в таком положении он быть не
может, что каждый день
могут прийти разбирать полуразрушенную барку и
лишить этим его крова.
По приезде на несколько станций у Екатерины Петровны мелькала мысль отказаться ехать далее, но мысль, что этот человек
может погубить ее в глазах мужа, и роковая уверенность, что он не побоится ее угроз и не пойдет на уступки,
лишала ее силы и все более подчиняла ее железной воле молчаливого спутника.
Неточные совпадения
— Что ж? примем ее как новую стихию жизни… Да нет, этого не бывает, не
может быть у нас! Это не твоя грусть; это общий недуг человечества. На тебя брызнула одна капля… Все это страшно, когда человек отрывается от жизни… когда нет опоры. А у нас… Дай Бог, чтоб эта грусть твоя была то, что я думаю, а не признак какой-нибудь болезни… то хуже. Вот горе, перед которым я упаду без защиты, без силы… А то, ужели туман, грусть, какие-то сомнения, вопросы
могут лишить нас нашего блага, нашей…
Один несмысленный урядник благочиния
может величайший в просвещении сделать вред и на многие лета остановку в шествии разума; запретит полезное изобретение, новую мысль и всех
лишит великого.
— А кто бросит камень? — сказал Алексей Александрович, очевидно довольный своей ролью. — Я всё простил и потому не
могу лишать ее того, что есть потребность любви для нее — любви к сыну…
После обычных вопросов о желании их вступить в брак, и не обещались ли они другим, и их странно для них самих звучавших ответов началась новая служба. Кити слушала слова молитвы, желая понять их смысл, но не
могла. Чувство торжества и светлой радости по мере совершения обряда всё больше и больше переполняло ее душу и
лишало ее возможности внимания.
Четвертого дня Петра Михайловича, моего покровителя, не стало. Жестокий удар паралича
лишил меня сей последней опоры. Конечно, мне уже теперь двадцатый год пошел; в течение семи лет я сделал значительные успехи; я сильно надеюсь на свой талант и
могу посредством его жить; я не унываю, но все-таки, если
можете, пришлите мне, на первый случай, двести пятьдесят рублей ассигнациями. Целую ваши ручки и остаюсь» и т. д.