Неточные совпадения
Аракчеевы ведут свой дворянский
род от новгородца Ивана Степанова Аракчеева, которому за службу предков, отца и самого его
в 1684 году были пожалованы вотчины
в тогдашнем Новгородском уезде,
в Бежецкой пятине,
в Никольском погосте.
Он был сын любимого слуги покойного отца графа Алексея Андреевича — мать графа была еще жива — Василия. Оставшись после смерти отца, горько оплаканного барином, круглым сиротою, так как его мать умерла вскоре после
родов, он был взят
в барский дом за товарища к молодому барчонку-первенцу, которому, как и ему, шел тогда второй год.
— Вот то-то и оно… Этого-то мне допытаться и хочется, а как приступиться, ума не приложу. С Талечкой говорить без толку не приходится, а, между тем, лучшей для ней партии и желать нечего — человек он хороший, к старшим почтительный, не то что все остальные петербургские блазни, кажись бы
в старых девках дочь свою сгноила, чем их на ружейный выстрел к ней подпустила бы. К тому же и
рода он хорошего, а со стариком вы приятели.
Любит ли он меня или нет, я должна помочь Кате
в ее беде, я обещала ей и сделаю, я выскажу ему, что заставлять страдать ее, такую хорошую, добрую — грех, что он может убить ее своим невниманием, быть может, умышленным; я читала, что мужчины практикуют такого
рода кокетство, он должен узнать ее, понять ее и тогда он оценит и ее, и ее чувство к нему…»
Потеряв не так давно свою мать, оставившую ему, как единственному сыну, — отца он лишился ранее, — хорошее независимое состояние, он выхлопотал себе перевод
в тот гвардейский полк, где служили Николай Павлович и Кудрин, и сразу почувствовал к ним
род немого обожания.
Вид этих двух девушек, прелестных, каждая
в своем
роде, созданных, казалось, для безмятежного счастья и переживающих первое жизненное горе, произвел бы на постороннего зрителя тяжелое, удручающее впечатление.
Он воплотил даже свою любовь к пикантности
в особого
рода постройке.
Местные простонародные предания представляют дело несколько
в ином виде. На расспросы о том, откуда была
родом Настасья, старики села Грузина говорят...
Властность
в каждом взгляде и движении, наряду с отсутствием напускной чопорности и жеманства — служили
в Хвостовой признаками истой родовитости, да и на самом деле она была последним отпрыском знатного, но обедневшего
рода князей Брянских. Все окружающие ее любили и все боялись ее сдержанного гнева, никогда даже не выражавшегося крикливою нотою.
Войдя
в залу, назначенную для представления, Хвостов застал уже там двух-трех офицеров. Вскоре, впрочем, молча, тихо, как бы под давлением страха или благоговения, стали входить новые лица, и
в какие-нибудь полчаса вся зала наполнилась военными чинами разных
родов войск, начиная с генерала до прапорщика.
На долю Шумского выпало сопутствовать ему. Чтобы занять и развлечь своего покровителя, которому делать всякого
рода неприятности было для него весело, он начал напропалую кутить
в дороге.
Первое общество этого
рода, основанное сперва по мысли тех лиц, постепенно увеличивалось и
в феврале 1817 года приняло уже некоторую правильную организацию, под названием союза спасения.
Снова приступили к обсуждению разного
рода мер, к поднятию образования
в народе, искоренению взяточничества, запрещения публикаций о продаже людей…
— У вас
в корпусах нынче все вежливости да нежности, — говаривал он, — все «Вы», да «Вас»; а
в наше время, бывало, отдерут
в субботу правого и виноватого и тогда отпустят домой. Зато учились хорошо и годились на всякий
род службы.
Он снова начал прибегать к спасительному вину, искать сильных, заглушающих этот внутренний голос, ощущений
в игре
в карты и рулетку, и
в оргиях с женщинами, которых цинизм граничит с грацией, и
в беспутстве которых есть своего
рода поэзия, поэзия низменных душ.
Наряду с этими сплетнями московское общество далеко не отшатнулось от жены Хвостова, так как, по «достоверным московским источникам», фамилия Белоглазовых оказалась хотя и захудалым и бедным, но все же дворянским
родом, а таинственное, известное одной Зое Никитишне ее прошлое не набрасывало на нее
в глазах москвичей такой тени, из-за которой они могли бы подвергнуть ее остракизму.
В ночь на 27-е июля государь отправился обратно
в Петербург, получив уведомление, что государыня почувствовала приближение
родов.
Это безразличие перед жизнью и смертью, это скорей стремление к последней и пренебрежение опасностью, быть может, и служили главною причиною его чудесного спасения — своего
рода несчастием, заключавшимся
в возможности достигнуть того, чего желаешь.
Неточные совпадения
Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи
в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, // И щетки тридцати
родов // И для ногтей, и для зубов. // Руссо (замечу мимоходом) // Не мог понять, как важный Грим // Смел чистить ногти перед ним, // Красноречивым сумасбродом. // Защитник вольности и прав //
В сем случае совсем неправ.
Но, может быть, такого
рода // Картины вас не привлекут: // Всё это низкая природа; // Изящного не много тут. // Согретый вдохновенья богом, // Другой поэт роскошным слогом // Живописал нам первый снег // И все оттенки зимних нег; // Он вас пленит, я
в том уверен, // Рисуя
в пламенных стихах // Прогулки тайные
в санях; // Но я бороться не намерен // Ни с ним покамест, ни с тобой, // Певец финляндки молодой!
Все были такого
рода, которым жены
в нежных разговорах, происходящих
в уединении, давали названия: кубышки, толстунчика, пузантика, чернушки, кики, жужу и проч.
— Но знаете ли, что такого
рода покупки, я это говорю между нами, по дружбе, не всегда позволительны, и расскажи я или кто иной — такому человеку не будет никакой доверенности относительно контрактов или вступления
в какие-нибудь выгодные обязательства.
Он думал отыскать
в нем свойства самого хозяина, — как по раковине можно судить, какого
рода сидела
в ней устрица или улитка.