Предложения из русской классики со словом «промёрзлый»
С наступлением октября начинаются первые серьезные морозы. Земля закоченела, трава по утрам покрывается инеем, вода в канавках затягивается тонким слоем льда; грязь на дорогах до того сковало, что езда в телегах и экипажах сделалась невозможною. Но зато черностоп образовался отличный: гуляй мужичок да погуливай. Кабы на промерзлую землю да снежку Бог послал — лучше бы не надо.
Ведут ко мне коня; в раздолии открытом, Махая гривою, он всадника несет, И звонко под его блистающим копытом Звенит промерзлый дол, и трескается лед. Но гаснет краткий день, и в камельке забытом Огонь опять горит — то яркий свет лиет, То тлеет медленно — а я пред ним читаю, Иль думы долгие в душе моей питаю.
Но вот, ровно белые мухи, запорхали в воздухе пушистые снежинки, тихо ложатся они на сухую, промерзлую землю: гуще и гуще становятся потоки льющегося с неба снежного пуха; все белеет: и улица, и кровли домов, и поля, и ветви деревьев.
Неподалеку в стороне, у корней старой ели, сидел на промерзлой кочке Сухой Мартын. Он с трудом переводил дыхание и, опершись подбородком на длинный костыль, молчал; вокруг него, привалясь кто как попало на землю, отдыхали безуспешно оттершие свою очередь мужики и раздраженно толковали о своей незадаче.
И пусть в башне он был один-одинёшенек, пусть из еды у него имелась только картошка и промёрзлый кусок свинины – пища пусть и сытная, но непраздничная.
Подсаживая друг друга, становясь один другому на плечи, прорубая ступеньки в промёрзлом грунте, отделения и взводы карабкались вверх, откуда из глубоких траншей немецкая пехота обстреливала пулемётным и автоматным огнём наши цепи.
И пусть в башне он был один-одинёшенек, пусть из еды у него имелась только картошка и промёрзлый кусок свинины – пища пусть и сытная, но непраздничная.
Упала, оставила яму в промёрзлой земле, в порошок растёрла волчью голову и помчалась дальше к побережью.
Подсаживая друг друга, становясь один другому на плечи, прорубая ступеньки в промёрзлом грунте, отделения и взводы карабкались вверх, откуда из глубоких траншей немецкая пехота обстреливала пулемётным и автоматным огнём наши цепи.