Неточные совпадения
Старые работницы посмеивались на эти хвалебные статейки и на самохвальные плакаты, которые молодежь вывешивала о своей работе. Но смеяться было нечего. Дневная норма выработки для одного конвейера — 1600
пар. Молодежный конвейер день за днем стал давать на семьдесят
пар больше. Радовались и торжествовали.
Старые работницы уже не посмеивались, а смотрели враждебно.
Пришла наконец сводка за две недели. Только по прогулам молодежь стояла выше
старых работниц: у молодежи прогулов совсем не было, не было и опозданий. Во всем же остальном
старые работницы совершенно забили молодежь. Продукция галош была у них в среднем на пятьдесят
пар больше, а процент брака — один и три десятых против трех с лишним у молодежи.
Девчата посмеивались и мазали. В первый же день, еще не свыкнувшись с новой для них операцией, они уже промазали 1400
пар, как
старые работницы. Через три дня стали мазать по 1600, а еще через неделю эти 1600
пар стали кончать за полчаса до гудка.
Неточные совпадения
Скосить и сжать рожь и овес и свезти, докосить луга, передвоить
пар, обмолотить семена и посеять озимое — всё это кажется просто и обыкновенно; а чтобы успеть сделать всё это, надо, чтобы от
старого до малого все деревенские люди работали не переставая в эти три-четыре недели втрое больше, чем обыкновенно, питаясь квасом, луком и черным хлебом, молотя и возя снопы по ночам и отдавая сну не более двух-трех часов в сутки. И каждый год это делается по всей России.
В весьма ветхой, дребезжащей, но поместительной извозчичьей коляске, на
паре старых сиво-розовых лошадей, сильно отстававших от коляски Миусова, подъехали и Федор Павлович с сынком своим Иваном Федоровичем.
Вода, жар и
пар одинаковые, только обстановка иная. Бани как бани! Мочалка — тринадцать, мыло по одной копейке. Многие из них и теперь стоят, как были, и в тех же домах, как и в конце прошлого века, только публика в них другая, да
старых хозяев, содержателей бань, нет, и память о них скоро совсем пропадет, потому что рассказывать о них некому.
Только раз в неделю, в воскресенье, слуги сводили старуху по беломраморной лестнице и усаживали в запряженную шестеркой
старых рысаков карету, которой правил старик кучер, а на запятках стояли два ветхих лакея в шитых ливреях, и на левой лошади передней
пары мотался верхом форейтор, из конюшенных «мальчиков», тоже лет шестидесяти.
Один из посетителей шмаровинских «сред», художник-реставратор, возвращался в одно из воскресений с дачи и прямо с вокзала, по обыкновению, заехал на Сухаревку, где и купил великолепную
старую вазу, точь-в-точь под
пару имеющейся у него.