Неточные совпадения
Она сидела на столе, положив нога на ногу, и рассказывала. По плечам
две толстых русых косы, круглое озорное лицо, чуть вздернутый нос.
Брови очень черные то поднимались вверх, то низко набегали на глаза; от этого лицо то как будто яснело, то темнело.
Открывается заседание. Ура! Бесспорнейшее наше большинство, сразу видно; да еще
два профессора за нас, «сочувствующие». Те выходят из себя: тянули, тянули, а тут вдруг сейчас же выборы! Я встаю, не дрогнув
бровью, заявляю...
Неточные совпадения
Она с нахмуренными
бровями глядела на всех гостей. Обломов раза
два даже соскучился и после обеда однажды взялся было за шляпу.
Ей было лет тридцать. Она была очень бела и полна в лице, так что румянец, кажется, не мог пробиться сквозь щеки.
Бровей у нее почти совсем не было, а были на их местах
две немного будто припухлые, лоснящиеся полосы, с редкими светлыми волосами. Глаза серовато-простодушные, как и все выражение лица; руки белые, но жесткие, с выступившими наружу крупными узлами синих жил.
Брови придавали особенную красоту глазам: они не были дугообразны, не округляли глаз
двумя тоненькими, нащипанными пальцем ниточками — нет, это были
две русые, пушистые, почти прямые полоски, которые редко лежали симметрично: одна на линию была выше другой, от этого над
бровью лежала маленькая складка, в которой как будто что-то говорило, будто там покоилась мысль.
С козою с барабанщицей // И не с простой шарманкою, // А с настоящей музыкой // Смотрели тут они. // Комедия не мудрая, // Однако и не глупая, // Хожалому, квартальному // Не в
бровь, а прямо в глаз! // Шалаш полным-полнехонек. // Народ орешки щелкает, // А то два-три крестьянина // Словечком перекинутся — // Гляди, явилась водочка: // Посмотрят да попьют! // Хохочут, утешаются // И часто в речь Петрушкину // Вставляют слово меткое, // Какого не придумаешь, // Хоть проглоти перо!
Хозяйка села за самовар и сняла перчатки. Передвигая стулья с помощью незаметных лакеев, общество разместилось, разделившись на
две части, — у самовара с хозяйкой и на противоположном конце гостиной — около красивой жены посланника в черном бархате и с черными резкими
бровями. Разговор в обоих центрах, как и всегда в первые минуты, колебался, перебиваемый встречами, приветствиями, предложением чая, как бы отыскивая, на чем остановиться.