Неточные совпадения
В приказе главнокомандующего предписывалось, чтоб посадка
в вагоны офицерских чинов, едущих
в Россию одиночным порядком, производилась
в строгой последовательности, по предварительной
записи. Но
в Харбине мы узнали, что приказ этот, как и столько других, совершенно
не соблюдается. Попадает
в поезд тот, кто умеет энергично работать локтями. Это было очень неприятно: лучше бы уж подождать день-другой своей очереди, но сесть
в вагон наверняка и без боя.
В объявлении сообщалось, что посадка
в вагоны возвращающихся с Дальнего Востока воинских чинов будет производиться
в строгом порядке
записи; записываться там-то; никакого различия между генералами, офицерами и нижними чинами делаться
не будет;
в вагоны первого класса вне
записи будут сажаться сестры милосердия и больные; остальные места первого класса, второго и так далее до теплушек заполняются по порядку
записи.
Неточные совпадения
— Вот вы пишете: «Двух станов
не боец» — я
не имею желания быть даже и «случайным гостем» ни одного из них», — позиция совершенно невозможная
в наше время!
Запись эта противоречит другой, где вы рисуете симпатичнейший образ старика Козлова, восхищаясь его знанием России, любовью к ней. Любовь, как вера, без дел — мертва!
— Я знаю, это вам тетушка успела наговорить. Это ложь, ей-богу, ложь! Никакой дарственной
записи дядюшка
не делал. Хотя, правда,
в завещании и упоминается о какой-то
записи; но где же она? никто
не представил ее. Я вам это говорю потому, что искренно желаю вам добра. Ей-богу, это ложь!
Опекуну она
не давала сунуть носа
в ее дела и,
не признавая никаких документов, бумаг,
записей и актов, поддерживала порядок, бывший при последних владельцах, и отзывалась
в ответ на письма опекуна, что все акты,
записи и документы записаны у ней на совести, и она отдаст отчет внуку, когда он вырастет, а до тех пор, по словесному завещанию отца и матери его, она полная хозяйка.
В екатерининские времена на этом месте стоял дом,
в котором помещалась типография Н. И. Новикова, где он печатал свои издания. Дом этот был сломан тогда же, а потом,
в первой половине прошлого столетия, был выстроен новый, который принадлежал генералу Шилову, известному богачу, имевшему
в столице силу, человеку, весьма оригинальному: он
не брал со своих жильцов плату за квартиру, разрешал селиться по сколько угодно человек
в квартире, и никакой
не только прописки, но и
записей жильцов
не велось…
Через несколько минут мы сидели у огня, ели рыбу и пили чай. За этот день я так устал, что едва мог сделать
в дневнике необходимые
записи. Я просил удэгейцев
не гасить ночью огня. Они обещали по очереди
не спать и тотчас принялись колоть дрова.