Был вечер. В барак быстро вошел сухощавый генерал с рыжею бородкою. Дежурил доктор Селюков. Пуча близорукие глаза в очках, он медленно расхаживал по бараку своими журавлиными ногами.
Нищенка бежит за избы на огороды и находит там Терентия. Сапожник Терентий, высокий старик с рябым худощавым лицом и с очень длинными ногами, босой и одетый в порванную женину кофту, стоит около грядок и пьяными, посоловелыми глазками глядит на темную тучу. На своих длинных, точно журавлиных, ногах он покачивается от ветра, как скворечня.
И он боролся уж с кончиной… Вдруг… шум от стаи журавлиной; Он слышит (взор уже угас), Их жалобно-стенящий глас. «Вы, журавли под небесами, Я вас в свидетели зову! Да грянет, привлеченный вами, Зевесов гром на их главу».
Пока водитель наливал в бак бензин из последней канистры, лейтенант приседал и неуклюжими движениями разминал затёкшие от долгого сидения журавлиные ноги.
Мальчики выбежали на крыльцо и увидели большую журавлиную стаю.
Пока водитель наливал в бак бензин из последней канистры, лейтенант приседал и неуклюжими движениями разминал затёкшие от долгого сидения журавлиные ноги.
Сломало бурей старое дерево, на котором было журавлиное гнездо, и прищемило птицу упавшим деревом.